— Отставить! — закричал Шнелль сопровождавшим его галунщикам. — Везет тебе, Ано, — заключил он загадочно и вышел не прощаясь.
Дверь захлопнулась. Мартин тотчас же открыл ее.
— Зачем?
— Хочу знать, что происходит в отеле.
А «Омон» гудел, как воскресный рынок. Кто-то бегом проскочил по коридору. Кто-то кричал. Где-то громыхнули выстрелы. Стучали по лестницам подкованные солдатские сапоги. Кто-то совсем близко тоненько взвизгнул: «Не смей бить! Не смей!» Зазвенело разбитое стекло.
Еще одна автоматная очередь, и грохот сапог на лестнице в холл. И хриплый крик в нашем коридоре: «Проходи, проходи: здесь уже были!»
«Омон» постепенно затихал. Звуки гасли в портьерах, перинах, коврах. По грохотавшим коридорам и лестницам разливалась пугливая тишина.
— Пойду понюхаю, — сказал Мартин и выскользнул за дверь.
Через полчаса он вернулся. За ним шел старик с зонтиком, мокрым от дождя.
— Разве на улице дождь? — спросил я.
Вопрос прозвучал глупо, потому что всех интересовал гость, а не его зонтик. Старик выпрямился и улыбнулся. Очень знакомой была эта улыбка.
— Фляш! — обрадовался я.
— Тссс… — остановил меня гость. — Не так громко. Считайте, что я постарел на десять лет, и не узнавайте. А дождь, между прочим, идет.
— Как вы прошли сюда? — удивился Зернов. — Патрули повсюду.
— Старик с мокрым зонтиком всегда может зайти в лавочку. А из одной в другую, не выходя на улицу. Из соседней, между прочим, можно пройти в здешнюю гардеробную. Швейцар в таких случаях закрывает глаза.
— Этьен знает о вашем приходе?
— Все то, что он знал, он уже выдал.
— Я вас предупреждал.
— И я, — сказал я.
Фляш смущенно погладил фальшивые баки.
— И счетные машины иногда ошибаются. Все ему верили.
— Джемс внизу? — спросил я у Мартина.
Мартин отвернулся.
— Джемс уже на пути в Майн-Сити, если только остался жив, — проговорил Фляш с такой горечью, что мы только сейчас поняли, как тяжело переживает он новый провал.
— Что-нибудь уцелело?
— Все вывезли — и шрифт и бумагу.
— Как же они нашли? Мы загрунтовали все стыки.
— Всегда найдешь, если знаешь, где и что надо искать.
— Газета выйдет, — сказал Зернов.
— Знаю, — усмехнулся Фляш, — я даже успел поговорить с ее новым редактором.