— И? — на лице Грэйна появилось настороженное выражение.
— И маг ей изменил, нашел магиню и сбежал с ней!
— И?
— И ведьма нашла мага, убила и вырезала его неверное сердце! Потом зачаровала, чтобы оно ожило, и поместила в шкатулку без замка и ключа, открыть которую могли только все четыре стихии разом.
Грэйн потрясенно моргнул и недоверчиво уточнил:
— Ты вот это читала в детстве?
— Обычная сказка для маленьких ведьм! — искренне не понимала его возмущения.
Лют сверлил меня странным взором и молчал, обдумывая услышанное, едва собралась вознегодовать, как он сказал:
— Наша дочь не будет читать ведьмины сказки!
— А…
— Нет, нет и еще раз нет!
— По-твоему лучше истории о розовых единорогах, летающих среди облаков и поющих радужные гимны? Вот, что читают ваши юные магички!
— Самые девчоночьи сказки! Гораздо лучше тех, где баба убивает неверного мужика!
— Но он заслужил! — высказалась и умолкла, так как только-только осознала сказанные им слова и ошарашенно возопила. — Нам еще рано думать о детях!
— После того что было?
— Ну…
— Или ты забыла? Может напомнить? — вредный маг наклонился ко мне, протягивая руку, чтобы дотронуться до одной из моих грудей, которая выскользнула из-за края импровизированного одеяния, коим служил плащ Люта. Отпрянула и натянула ткань повыше, прикрывая все соблазнительные округлости, отчаянно краснея.
— Не забыла! — насупилась, недовольно рассматривая ухмыляющегося огневика, и попросила. — Не отвлекайся!
— Хорошо, но к вопросу о детях мы вернемся! — сказал и вытащил из шкатулки оба украшения.
Покрутил, хмыкнул и передал мне, я приняла браслеты с благоговением — было в них нечто особенное, необъяснимое. Загадочный блеск крупных ограненных каменьев притягивал взгляд, удерживал его, зачаровывал. Я перебирала их, наслаждаясь ощущениями, задумавшись о судьбе владельцев украшений, пока Лют не встряхнул меня за плечо.
— Ани, что с тобой?
Я вздрогнула, подняла глаза и сказала:
— Мне известно, что это такое! Это свадебные браслеты!
— Чьи? Откуда знаешь? — не понял маг, так быстро хлопая глазами, что я улыбнулась и молча указала ему на клочок бумаги, виднеющийся на дне шкатулки.
Он аккуратно, придерживая за один из уголков, вытянул письмецо. Пергамент был до того тонкий, что мы оба задержали дыхание, чтобы письмо не превратилось в пыль. Дрожащими пальцами Грэйн развернул послание, опуская его между нами, и витиеватый почерк, где каждая буковка идеальна, сразу сообщил мне, что текст написан женской рукой. Я отогнала искорку, порхающую над тонкой бумагой, и в полутьме начала читать.
— Приветствую вас, соотечественники! Оставляя для вас это послание, я всей душой верю, что айлирэ — мои единственные оставшиеся в этом городе друзья — исполнят просьбу и дождутся влюбленную пару из Солнечного — ведьму и мага, тех, что не желают зла нашему миру. Знайте, что вы держите в руках истинное зло — самое опасное, смертоносное оружие из всего арсенала, созданного жителями Вейтерры, способное уничтожить жизнь на нашей планете… — я остановилась и поглядела на Грэйна.
Огневик задумчиво покачивал на пальце браслет и молчал, тогда я обратила внимание на парное украшение, то, что было более узким и изящным. Нахмурилась и попросила Люта:
— Будь осторожнее, теперь уж и не знаю, чего от них ждать!
Любимый маг послушно отложил второй браслет в сторону и кивнул в сторону письмеца:
— Читай дальше… может, поймем, как это оружие действует!