— Конечно! Разве магов волнуют чувства жительниц Озерного и Студеного! — хотела сказать ехидно, а получилось горько, и Лют неожиданно привлек меня к себе, обнял, хоть я и сопротивлялась, правда, не слишком настойчиво, и прошептал:
— Волнуют… очень волнуют! — и уверенно добавил. — Я убежден, что маг не сбегал от своей женщины, а ушел лишь потому, что хотел сберечь! Сама понимаешь, что с ней сделали бы, если бы правда раскрылась!
Я прикоснулась к его щеке и кивнула, тогда он продолжил свой рассказ:
— В общем, огневики, отражая атаки нападавших, сумели понять, что им противостоят существа полностью иммунные к магии! Знаешь, что это такое? — дождался моего подтверждения и заговорил вновь. — Против этих тварей можно было использовать только заклинания из области защитной магии — ну всякие «щиты» и «блоки», а атаковать лишь мечом!.. Что? — заметил мой излишне задумчивый вид, и я тихо призналась:
— Знаешь, а ведь и у нас ведьмы пропадали… и не только… Во время войны все исчезновения списывали на огневиков. — Умолкла, с выражением поглядев на мага.
— Да уж, — печально улыбнулся он, — ведьмы клинками машут в разные стороны — вот и все сражение! Почему не учились?
Я повела плечами:
— Мы всегда на магию рассчитывали! Нам подчиняются три стихии, а не одна, как вам.
— Зря! Но не о том речь! Ани, все гораздо хуже! Никто точно не знает, как они заряжают свои амулеты, и что из себя представляют эти артефакты!
— Подожди, если ты прав в своих суждениях, то стоит предположить, что эти существа подчинялись проклятому богу Артуару и значит…
— Ничего это не значит! Артуар слишком непредсказуем, недаром брат изгнал его! — оборвал Лют с нескрываемой досадой.
— Тилл просто приревновал свою жену!
— Брось, дело не только в этом! Ты видела Артуара? Знаешь, как он выглядит?
— Снеженика его видела, и ей он показался намного справедливее Тилла! Но давай оставим эту беседу на время! Скажи лучше, почему эти потомки выше людей! Причем намного выше! Вспомни Да'Айрэна — безусловно, его сложно назвать коротышкой, но все же те, кто на нас напал, окажутся выше изменчивого на целую голову, а то и на две, если он захочет встать рядом с ними!
— А если предположить, что горстка изменчивых выжила и в попытках отомстить использовала некую магию, но что-то пошло не так, и вместо того, чтобы увеличить силу, они ее лишились!
— Хорошо, это объясняет, почему существа не владеют магией, но как ты объяснишь их высокий рост?! — я настолько увлеклась рассуждениями, что сумела представить все, о чем мы говорили.
— А вот тут, я не утверждаю, а предполагаю, — Грэйн тщательно подбирал слова, — что вмешалась Эрия. Ты же помнишь — изменчивые — создания двух богов? Ну, вот, вообрази, что отчаявшиеся скитальцы обратились за помощью к своим создателям! Артуар, по всей видимости, был им недоступен, а вот Эрия… Смекаешь?
— Это жестоко даже для нее! — мне и думать не хотелось, что богиня способна на подобную подлость. Но все указывало на то, что именно она «помогла» изменчивым, и вместо силы, о которой они просили, преподнесла им иной дар.
— Боги жестоки! Ани, вспомни, какие испытания устраивает наш Тилл! — Лют уже не сомневался в своей догадке.
— Да, я знаю, как Райт получил свою новую силу, — отозвалась я и удивленно приметила, как вспыхнули при упоминании о Ладове глаза Грэйна.
Чтобы отвлечь его, я вновь взялась за шкатулку. С преувеличенным вниманием всмотрелась в нее и поняла, что когда-то давно слышала о чем-то подобном. Вот только где? Может в сказке?.. Точно! Я так разволновалась, что в первый миг не смогла ничего выговорить — настолько сильно меня захватили в свой плен эмоции.
Грэйн не утерпел и подпрыгнул, да так, что листочки над нашими головами задрожали от его неосторожного движения.
— Ани? Не томи, что ты вспомнила! — поторопил меня он, и я вместо ответа подозвала к себе искорку, все еще остающуюся при нас.
Поставила ларец на землю между нами, подманила огненную бабочку, попросив ее зависнуть над шкатулкой. Капля воды, а точнее слеза айлирэ, оставалась в кружке со вчерашнего дня, немного песка нашлось под плащом, на котором сидела, и остался последний штрих. Глубоко вдохнула и подула на деревянную поверхность. Лют следил за мной широко открытыми глазами, рвано выдыхал и помалкивал. Потом мы вместе затаили дыхание, ожидая результат моих действий.
Ничего не изменилось, крышка ларца по-прежнему скрывала его содержимое. Я разочарованно хмыкнула, Грэйн открыл рот, чтобы произнести слова утешения, и вдруг что-то щелкнуло внутри шкатулки. Мы с магом беспокойно переглянулись, а ларчик распахнулся. На дне лежало два браслета из темных камней, а под ними клочок пожелтевшего пергамента.
— Ух, ты! — вырвалось у меня.
— Вот оно сокровище! Как думаешь, что это?
— Не знаю, — я первой потянула руку, чтобы вытащить браслеты, но Лют ухватил мою ладонь.
— Погоди! Как ты узнала, что нужно сделать?
— Есть такая сказка у нас в Озерном, ну и в Студеном тоже, о древних ведьмах, вернее четырех стихийницах! Если кратко, то жила-была на свете такая девушка и полюбила она мага. Маг обещал быть с ней вечно, любить ее до смерти, но не сдержал своего обещания…