Неподалёку от деревни Яоцзячжуан, на большом холме стояла маленькая школа. В эту школу дети ходили учиться писать и читать иероглифы.
На следующее утро, как и в каждое другое утро, учитель проснулся на рассвете и стал поджидать своих учеников. Ждёт, ждёт — не идут ученики. Вот и полдень, а детей всё нет. Учитель очень удивился и решил отправиться к старосте, узнать, — не случилось ли чего-нибудь в деревне.
Пришёл он к старосте и видит — у плетня лежат свежие, только что содранные коровьи шкуры, в большом котле варится мясо. Тут же женщины пекут на пару лепёшки. Разодеты все так, будто свадьбу справляют, а лица, как на похоронах. Глаза распухли от слёз и красны, словно спелые персики.
Сам староста, тоже в новой одежде, стоял посреди двора и, задрав голову, глядел вверх.
— Что ты там увидел? — спросил учитель.
— Вот смотрю, успеем ли хоть поесть и выпить подогретого вина напоследок! — воскликнул староста. — Такая беда! Такое несчастье!
— Да что случилось?
— Как, господин учитель, вы еще ничего не слышали?! Небо валится! Не сегодня, так завтра всех нас задавит.
Учитель засмеялся.
— Небо — это воздух. Как же оно может свалиться? Кто это тебе сказал?
— Воздух или нет, — вам лучше знать, господин учитель. Только я собственными ушами слышал это от Ли Бао — И староста опять заголосил. — Последние наши часы пришли! Такая беда! Такое несчастье!
— Да замолчи же! — прикрикнул учитель. — Пойдем к Ли Бао, узнаем, кто сказал ему такую глупость.
И они пошли к Ли Бао.
— Я слышал это собственными ушами от Лю Гао-цюаня, — ответил им Ли Бао.
Они пошли к Лю Гао-цюаню.
Лю Гао-цюань послал их к Ши Дань-по, Ши Дань-по — к Фын Шао.
Так они обошли почти всю деревню, пока, наконец, не добрались до дома Яо Эр-бао, по прозванью Мягкое ухо.
— Тысячу раз правда, десять тысяч раз верно! — принялся уверять их Яо — Мягкое ухо. — На юго-востоке уже начало валиться! Вчера я был на базаре, и мальчишка, который торгует круглыми лепёшками, рассказал мне об этом.
Тогда учитель вместе с Яо — Мягкое ухо отправился в город искать мальчишку.
Долго разыскивать им не пришлось. Он сам подбежал к ним, расхваливая во всё горло свой товар.
Но учитель, вместо того, чтобы купить горячую круглую лепёшку, принялся расспрашивать маленького продавца.
— Я слышал это собственными ушами от одного почтенного учёного человека вчера на базаре, — ответил мальчишка. — Почтенный учёный человек прогуливался со своим другом, а я шёл сзади. Тут я и услышал, как этот учёный человек сказал, что небо валится.
— Кто же был этот учёный человек? — спросил учитель.
— Тысячу раз прошу прощения, — сказал, низко кланяясь, маленький разносчик лепёшек. — Это были вы, господин учитель.
— Ах ты лгун!.. — начал было разгневанный учитель, но вдруг запнулся, помолчал и расхохотался.
Вчера он и в самом деле прогуливался по базару с господином судьёй Тянем. «Хунлун-хунлун!» — донеслось до них с юго-востока. Там прокладывали новую дорогу и взрывали скалы. Ему пришло в голову весьма удачное сравнение, и он поделился с другом: «Грохот стоит такой, будто небо валится!» Вот и всё.
Пришлось учителю вернуться в деревню и объяснять всем и каждому, как плохо, когда у человека слишком мягкое ухо.
Чжан Лан