– Вас, – сказала Галочка уже твердым голосом.
– Так ли тебе со мною должно говорить?..
– Так! Когда вы сами забыли себя, так простая девка, мужичка, напоминает вам о вашем звании.
– С чего ты так начала?
– Вам не прилично того и думать, что вы мне теперь сказали! – говорила Галочка с некоторою суровостью.
– Что с тобою сделалось?.. Галочка! Ты ли это так говоришь? – продолжал Семен Иванович, все более и более приходя в недоумение.
– Я, Галочка, дочь обывателя Алексея Таранца, простая девка, напоминаю Семену Ивановичу, что он дворянин, пан, поручик… ему не прилично и думать так.
– Так-то ты меня любишь? Так ли ты вот теперь уверяла?..
– И умирая буду то же говорить… Ах! Видит Бог, как крепко я люблю вас и буду любить навек!
– Когда же так любишь, почему не хочешь идти за меня?
– Потому не иду, что люблю вас крепко; меры нет, как люблю, пламенно люблю!
– Почему же не хочешь своего и моего счастья?
– Мое счастье в моем сердце… Желая сильно, чтоб вы были счастливы, я не хочу и слышать слов ваших.
– Когда ты желаешь мне счастья, почему не хочешь выйти за меня?
– Чтоб не погубить вас навек; чтоб не завязать вам света (не отнять у вас радостей света)… Семен Иванович! Я вам неровня!..
– Не говори мне того. Любовь равняет всех.
– Может, и так, если мы будем жить один для другого… но этого не можно сделать!.. О моей участи, о моем счастье вы не вспоминайте; я их похоронила; все умрет для меня!.. будем говорить о вас. Я не знаю, как в свете, между панами, все прочее идет; но знаю наверное то, что везде, все будут спрашивать про вашу жену: откуда и кто она такая?.. Пускай вы, любя меня, и не постыдитесь сказать прямо: «Она мужичка!» Но каково будет вам тогда? Все будут над вами смеяться, все осуждать, винить, будут удаляться от вас, что у вас от жены вся родня мужики.
– Что мне за дело? Я не посмотрю ни на кого!
– Так они будут смотреть на вас. Попрекам и насмешкам конца не будет. Не перенесете, спохватитесь… рады бы поправить, но уже невозможно будет. Вот и возненавидите меня и…
– Галочка! Этого никогда не может быть! Пускай меня засмеют, распнут, растерзают: я никогда не перестану любить тебя!
– Но я же не каменная! Неужели мне легко будет видеть, что от меня и за меня вы будете страдать; и я, все видевши, могу ли жить? Так же умру, как и тогда, как вы перестанете любить меня. Да я о себе и не занимаюсь. Как хотите, меня перерядите, научите всему приличному для пани, но натуры, привычек не переделаете, все будет видно, что я коренная мужичка. Куда явитесь со мною, везде меня засмеют; каково вам тогда?..
– Я всех брошу, отстану от людей; ты мне только…
– Не так, Семен Иванович! Вы умнее меня во сто раз, и вы знаете, что этого не можно и не должно делать. Вы знаете Бога и закон его; вы знаете, что грех жить на свете, не делая ничего. Каждый, кто может, служит в армии, кто в суде, кто торгует, кто хлеб работает, и каждый должен жить для всех, для дела, для общей пользы. Вам и скучно будет без дела, и, увидевши, что грех жить праздно, желали бы возвратиться в свет, между людей, но я вам камень на шее!
– Так этак-то, Галочка, ты меня любишь? – не имея, что более сказать, Семен Иванович упрекал ее.
– Боже праведный! Чем мне еще больше вас уверить, как я вас люблю? Неужели вы не видите силы моей любви, что я, дабы отвратить от вас всякое горе, иду на видимую смерть? Разлучиться с вами смерть для меня! И это вам ничего?
– Так не разлучимся, будем жить вместе.
– Если бы я вас, Семен Иванович, любила так, легко; так чего б мне и желать собственно для себя? Я из мужички делаюсь барыней, муж у меня молодой, красив – как нарисованный; хотя на месяц, я потщеславилась бы, а потом, что бы с ним ни случилось, хотя бы пострадал через меня, хотя бы и оставил меня, мне все равно было бы. Он от меня, я от него; собственного имущества и у меня много; не говори мне никто ничего, я благородная!.. Так я же вас не так люблю! Волос ли с вас падет, а у меня сердце разорвется; вам беда только приходить будет, а я буду страдать! И потому-то лучше хочу целый век мучиться, горе терпеть, всякие муки перенести, лишь бы маленькую беду отвести от вас!.. Нет у меня другого желания, как ваше спокойствие, счастье; нет у меня мысли, жизни, всё вы. Через вас, для вас и вами только живу!..
– Ты наибольшую беду мне делаешь, ты губишь меня… ты нож мне в сердце вонзаешь!..
– Неужели мне легче? Несчастная моя участь, что я родилась в простом состоянии! Конечно, если бы я была барышнею, я бы и тогда вас так горячо любила бы…
– Все равно. Я говорю тебе, все равно; все мы Божие создания!..