Средний возраст: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

От этого простого факта в голове помутилось, сердце заколотилось, как у юной девушки, и, хотя рядом никого не было, лицо запылало. Я улыбнулась своим мыслям.

Сойдя с поезда, я поспешила в Заоблачный город — прямо к новому секретарю парткома Особого района. Мне хотелось поскорее встретиться с ним.

Однако, проделав уже часть пути, я вдруг остановилась.

Впереди показалась группа людей, шедших поклониться могилам. У них были черные нарукавные повязки, одни несли венки, другие держали ритуальные сосуды для совершения старого местного обряда. При виде этой небольшой строгой колонны мое сердце невольно сжалось. Какое-то болезненное чувство пришло на смену недавнему почти легкомысленному состоянию, столь не соответствовавшему моему возрасту.

Разве главная моя цель — не поклониться могиле Цинлань? Ведь это она, ближайшая подруга юности, вместо меня выполнила труднейшую задачу. И вот она ушла, а я уже забыла о ней и мечтаю о том, что не должно принадлежать мне…

Горя от стыда, я постояла мгновенье на улице и решила прежде всего пойти к могиле Цинлань.

С опущенной головой, в растрепанных чувствах прошла по городку. Спросила школьника, не знает ли он, где могила учительницы Фэн. Он ответил, что они только что ходили поклониться ее могиле, и вызвался проводить меня, но я, поблагодарив, отказалась.

Из его объяснений я поняла, что это как раз то место, где мы с Цинлань впервые повстречали Ло Цюня, в густом бамбуковом леске, где я натолкнулась на него, где мы громко смеялись, присматривались друг к другу, а потом пошли вместе к старой крепости, и Ло Цюнь еще поправил меня, сказав, что местные называют ее не крепостью, а заставой…

Почему же она погребена именно здесь? И почему вспоминаются события прошлых лет? Что еще преподнесет мне жизнь?

Придорожный лесок становился все гуще. Ярко-зеленые молодые листочки слегка подрагивали от легкого весеннего ветерка; смеялись, раскрывшись, красные и сиреневые азалии; беспрерывно щебетали, сбившись в парочки, пестрые горлицы; какие-то еще птицы весело пели в глубине леса, высоко в небе парили соколы. Какая густо настоянная весна! А у меня на душе был холод.

Я сорвала несколько азалий, срезала веточки хайтана и орхидеи, добавила ветки сосны и бамбука и связала черным кисейным шарфиком в букет. Вырвав лист бумаги из блокнота, лежавшего в сумке, я написала несколько слов: «Вам, Цинлань. Твоя подруга Вэй, которая должна учиться у тебя!»

С букетом в руках я медленно пошла вперед, отыскивая могилу. И вдруг увидела, что недалеко от меня стоят два человека. Я чуть не вскрикнула: это были Ло Цюнь и Чжоу Юйчжэнь. От неожиданности я вздрогнула и, сама не знаю почему, спряталась за стволом дерева.

В торжественном молчании они стояли перед могилой Цинлань. Ло Цюнь в своей старой шинели, и Чжоу Юйчжэнь сегодня была одета просто, только повязала на шею белый кисейный шарфик, который безостановочно трепетал на ветру.

Потом они повернулись и пошли обратно — серьезные, торжественные. Они шли рядом, не глядя друг на друга, в глубокой задумчивости.

До меня донеслись слова Чжоу Юйчжэнь:

— Пришла пора воплотить в жизнь идеи, которые вы столько лет вынашивали в одиночку. Позвольте мне помочь вам привести в порядок ваши книги и рукописи. Я должна выполнить то, что завещала мне сестра Цинлань! Вам же предстоит возглавить битву за модернизацию Заоблачного района.

Ло Цюнь ничего не ответил, но выражение его лица говорило о том, что он весь в мыслях о будущей работе.

Они прибавили шаг. Я смотрела вслед, пока их фигуры не растворились в весеннем лесу. И это мгновенье открыло мне все! До чего же я была смешна. Потерянное — потеряно навсегда, в душе было пусто, я чуть не разревелась, но сдержалась из последних сил. Взгляд упал на букет, который я сжимала в руках, свежие красные и сиреневые цветы с улыбкой глядели на меня, кивали головками. Я перевела взгляд на лист бумаги, перечитала надпись: «Твоя подруга Вэй, которая должна учиться у тебя!»

И тут ощутила, что мое лицо пылает: стыд, он идет из сердца, которое оказалось чистым.

Еще за мгновенье до этого я не представляла себе так отчетливо, чему же должна учиться у Цинлань, я была замкнута в круг мелких личных переживаний. Но человеку следует смотреть на жизнь широко, идеалы и моральные ценности должны помогать ему отличать правду от лжи. Именно так говорила Цинлань: она исполнила все, что должна была исполнить!

А разве на моем посту нельзя сделать больше?

Я оправила платье, пригладила волосы и твердыми шагами направилась с цветами к могиле Цинлань.

Беззвучно шевеля губами, я молила ниспослать ей покой. А Ло Цюню и Чжоу Юйчжэнь всем сердцем желала счастья.

Хэфэй, 16.3—5.4—1979.

Шэнь Жун

СРЕДНИЙ ВОЗРАСТ

Перевод В. Аджимамудовой

1

Казалось, высоко в небе мерцают звезды, а ее качает в лодке по волнам. Лу Вэньтин, врач-окулист, лежала на спине на больничной койке, не зная, где она, что с ней. Крик застревал в горле, невидящий взор окидывал комнату. Перед глазами, переливаясь, плыли радужные круги; тело, словно подхваченное волной, то всплывая, то погружаясь в пучину, неслось по течению.

Что это? Страшный сон или близкое дыхание смерти?

Она помнит все так же отчетливо, как если бы это происходило сейчас. Она пришла в клинику, вошла в операционную и, переодевшись в хирургический халат, подошла к умывальнику. Цзян Яфэнь, ее подруга, сегодня сама вызвалась ей ассистировать. Это их последняя совместная операция. Цзян с семьей уезжает в Канаду, разрешение уже получено.