Календарные обряды и обычаи в странах зарубежной Европы. Весенние праздники. XIX - начало XX в.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шотландские рабочие отмечают одновременно День международного братства рабочих всех стран и традиционный праздник горняков 3 мая. В Эдинбург съезжается много горняков вместе со своими семьями. Устраивается красочная демонстрация, впереди которой идет оркестр волынщиков. Многие участники ее одеты в народные костюмы, все держат в руках зеленые ветки или букетики цветов. После митинга начинается большой народный праздник с танцами, песнями, спортивными соревнованиями. Возможно, под влиянием старых весенних обычаев, на главной трибуне происходит веселая церемония выбора угольной королевы, самой красивой девушки из дочерей горняков и молодых работниц, и ее «коронование».

В обрядах, приуроченных к следующему за пасхой подвижному празднику вознесения (Ascension), прежде всего проявляется забота о сохранении посевов в наступающем периоде роста всходов. В эти дни раньше сельские жители устраивали крестные ходы вокруг своих полей, молебствия на нивах. Вероятно, подобные обычаи ведут свое начало от римского праздника в честь бога Terminus, бога полей и межевых знаков. Еще со времен средневековья в Англии возник на этой основе обычай «бить границы»: народ в эти дни устраивал процессии во главе со священником вокруг границ прихода, указывая младшим членам общины — мальчикам — различные приметы их: ручьи, камни, деревья. Для того чтобы прочнее закрепить эти пограничные знаки в памяти мальчиков, на наиболее важных местах детей ударяли палкой или кнутом. После окончания церемонии ребят в утешение одаривали деньгами, сладостями. С течением времени обряд изменился: участвующие в процессии дети стали брать в руки длинные прутья и каждый из них должен был ударять ими по межевым знакам.^{358} Во время таких шествий молились также о хорошем урожае, благословляли поля, источники.^{359}

Большую роль в ритуалах, приуроченных к церковному празднику вознесения, играла вода. С незапамятных времен в Оксфордшире, например, сохранялась вера в целебные свойства дождевой воды, собранной в этот день.^{360} К вознесению расположенные близ селения источники старались украсить. Часто над источниками устанавливали большие, художественно выполненные панно на библейские темы. Такие деревянные панно покрывали глиной, смоченной соленой водой, и различной зеленью — листьями, цветами, ягодами, корой, рисовали на ней картины (еловыми шишками, почками лиственницы, мхом изображали разные оттенки зелени, лепестками цветов выкладывали лица, волосы и платья людей, зернами риса, овсяной мукой и лишаем делали облака и тени и пр.).^{361} Сюжеты картин менялись каждый год. Днем к таким украшенным источникам направлялись процессии.

Наконец, большой народный праздник расцвета весны и начала лета был связан с одним из главных праздников церковного календаря — троицей (Whitsun day). На Британских островах по существу обряды, приуроченные к этому дню, во многом сходны с первомайскими ритуалами. Как и в дни мая, дома, улицы украшались ветками березы и других деревьев, гирляндами цветов, продолжались танцы, игры вокруг майского столба.^{362}

В некоторых местах еще в XIX в. сохранялись обычаи выбора «короля» и «королевы» троицы. Обычно молодые люди выбирали королеву, а девушки — короля. Король и королева, украшенные цветами, с венками-коронами на головах, возглавляли веселую праздничную процессию, проходившую по улицам селения к площади, где стояло майское дерево, и открывали танцы.^{363}

Праздник троицы по смыслу приуроченных к нему народных календарных обрядов занимает промежуточное положение между весенним и летним циклами, в нем сочетаются элементы и весенней, и летней обрядности, и им в сущности заканчивался весенний цикл народных календарных праздников на Британских островах.

СКАНДИНАВСКИЕ НАРОДЫ

М. Н. Морозова

Во всех скандинавских странах, как и во многих странах Европы, началом весны в народе считается день 2 февраля, в который отмечали по церковному календарю большой праздник сретения (на швед., норв., датск. языках kyndells messe). В прошлом, по-видимому, этот праздник каким-то образом был связан с почитанием огней: еще в XIX в., а в некоторых областях и сейчас зажженные свечи являются главной чертой праздника и играют большую роль даже в церковных ритуалах. На мессе в церкви благословляются свечи, которым потом приписывают магическую силу: они якобы могли защитить от всякого зла и болезней; такие свечи ставили у постели больного, у гроба покойника.^{364}

Но февраль в трех наиболее северных странах Европы — Швеции, Норвегии, Дании — еще очень далек от весны: лишь первые, трудно уловимые признаки можно проследить здесь с начала февраля, а погода весной очень изменчива, непостоянна, особенно здесь. Вот почему с большим вниманием наблюдали сельские жители Скандинавии приметы весенней погоды, сулившие или благоприятное или неблагоприятное начало сельскохозяйственного года. Во всех трех странах, протестантских по своему вероисповеданию, культ святых уже давно, со времен Реформации, был упразднен церковью, но в народе дни памяти святых как важные вехи народного календаря, по которым предугадывали погоду, судили о будущем урожае, сохранились вплоть до наших дней. И ко дню кюндельсмессе, и к последующим дням февраля, отмечаемых в церковных календарях, как дни памяти таких святых, было приурочено много народных примет.

Считали, что если 2 февраля будет сухой снег или небольшой снегопад, то можно ожидать хорошей погоды. Ясная же погода в этот день — признак неурожайного года. Дождь в кюндельсмессе тоже нежелателен.^{365}

В некоторых местностях Скандинавии верили, что погода 2 февраля влияет на погоду последующих семи недель. А в северных деревнях Скандинавии кюндельсмессе считают последним днем зимы.^{366} В праздник кюндельсмессе во многих странах Скандинавии устраивались весенние ярмарки.

В этот день было принято съедать еду, оставшуюся от рождества (мясо, пряники, печенье, булки, колбасы). В некоторых областях пьют остатки рождественского пива, а кое-где накануне 2 февраля или после этого дня ходят к дереву, чаще всего к ели, и вершину ее обливают пивом.

Во многих деревнях приход весны связывали со следующим после кюндельсмессе днем — 3 февраля, который в народной этимологии назывался блосмессе (blåsmess, blaestmesse), по-видимому, от глагола дуть (å blåsa — швед., bla se — норв., дат.); отсюда и название праздника — ветреная месса — Blåsmess. В прошлом 3 февраля церковь отмечала день св. Блазиуса, который, очевидно, перестал играть какую-то роль в приуроченных к этому дню обрядах после Реформации. С этим днем опять-таки связано много примет, предсказаний погоды.

К 3 февраля во многих местах Скандинавии был приурочен интересный обряд подготовки полей к весеннему севу — очищение их от вредителей. Он совершался так: двое мужчин выходили на поле с большими палками и ставили их прочно в землю; затем они пятились назад, переставляя палку, и первый задавал второму вопрос: «Что ты делаешь?» — Второй отвечал: «Я создаю шум, я создаю шум», — «А для чего ты создаешь шум?» — «Я создаю шум для кротов и крыс». С этими словами они обходили вокруг все поле, в результате «все кроты и крысы должны были исчезнуть на целый год».^{367}

Если 3 февраля дул сильный ветер, то жители побережий и рыбаки старались в этот день не произносить слова блосмессе (ветреная месса), иначе мог начаться сильный шторм. Если же ветер стихал, то сжигали метлы и веники, «чтобы отвратить шторм на весь год».^{368}

С приходом блосмессе менялось направление ветра «на весну»; в народе верили, что ветер с этого дня «вдыхает жизнь во все существа, находящиеся в зимней спячке», и что оживает жизнь в природе.

В блосмессе запрещались некоторые работы, например, прядение, плетение сетей; девушкам нельзя было расчесывать волосы (в противном случае «скот будет хромать, а ветер раздует лен, когда его осенью будут расстилать на поле»).

Народные деревянные календари

Однако в некоторых деревнях Скандинавии первым весенним праздником считалось 22 февраля, по церковному календарю день св. Петра. В народе этот день называли образно «Петр с теплым камнем» («Per varmesten») или «Петр с горячим камнем» («Per heitstein»), так как в преданиях говорилось, что в этот день св. Петр бросает горячие камни в воду, чтобы реки и озера стали теплыми. Если 22 февраля тепло и солнечно весь день, то это предвещало теплое лето и хорошие урожаи и сенокосы: «Если солнце в этот день ясное и капает с крыши, так что курица может напиться из лужи, то будет хороший год».^{369}

Все перечисленные выше праздники не отличались почти никакими обрядами, они служили только памятными вехами народного календаря.

Настоящий же праздник начала весны, к которому приурочено много народных обрядов и который справляют пышно и весело во всех скандинавских странах, — это масленица (fastlag — швед., fastelavn — норв. и дат.).^{370}

Масленица длилась у скандинавских народов, как, впрочем, и у соседних с ними англичан, голландцев, всего три дня: воскресенье и первые два дня великого поста — понедельник и вторник. О весеннем характере этого народного праздника говорит один характерный для всех народов Скандинавии обычай наряжать зеленые ветки березы и других деревьев, как символ пришедшей весны.

Еще задолго до масленицы, когда деревья стоят обледенелые и земля покрыта снегом, шведы, норвежцы, датчане срезали березовые ветки и украшали их яркими бумажными цветами, блестящей мишурой, разноцветными бумажными гирляндами, цыплячьими и петушиными перьями, окрашенными в оранжевый, красный, желтый, зеленый, пурпурный цвета. Иногда к вершине веток привязывали маленькую куколку в жесткой пышной юбке. К празднику уже на ветках появлялись зеленые почки. Необычной декорацией из зеленых веток, пестро окрашенных перьев и ярких цветков были украшены к масленице подоконники в деревенских домах.^{371}

В Швеции предприимчивые люди в деревнях за неделю до праздника изготовляли масленичные прутья (fastlagsris) для продажи. Их делали не только из березовых ветвей, но и из стальной проволоки, обернутой матерчатыми лентами, украшенными живыми или бумажными цветами. Эти необычные прутья (ris) покупали в подарок детям, для украшения полок и шкафов в домах. Обычные, неукрашенные прутья связывали накануне масленицы в субботу в метлы и веники.

Березовые ветки играли большую роль и в других приуроченных к масленице обычаях. Так, в масленичный понедельник был обычай во всех скандинавских странах хлестания друг друга березовыми ветками. Рано утром парни и девушки шли с прутьями к своим знакомым и слегка ударяли по кровати спящих, получая за это теплые булочки. В некоторых местностях Скандинавии, по старому обычаю, человек, проснувшийся первым в доме в масленичный понедельник, щелкал кнутом, чтобы все проснулись и встали с постелей. По всей вероятности, хлестание ветками было в прошлом обрядом весеннего очищения; очевидно, поэтому же хлестали березовыми ветками непослушных детей.

В настоящее время этот обряд сохраняется как шуточная игра.

Традиции масленичного карнавала уже давно исчезли в Скандинавии, возможно, под влиянием суровой протестантской религии. Еще в «Истории» Олауса Магнуса (XVI в.) упоминалось ряжение — звериные маски и проч. — в масленичные дни. Некоторые следы ряжения еще сохранялись и в XIX в., а местами существуют и в наши дни в маскарадных детских процессиях. Так, в Дании на масленицу как в городах, так и в деревнях дети наряжались в фантастические костюмы и маски, ходили по улицам селений, деревень, посещали соседей и распевали:

При этом размахивали коробками или корзинками для булочек и для монеток.