– Мы как два ртутных шарика, – шепнул он, подмигивая охваченной ужасом Кате. – Станем единым целым… Но главным буду я…
– Никогда! – завизжала она, бросаясь к двери, однако ее тело внезапно закрутилось юлой, затем приподнялось над полом, после чего девушку швырнуло в стену, словно влажную тряпку. Катя застонала от рвущей в клочья боли.
– Нет…
Тело призрака, подрагивая, словно желе, практически полностью растворилось в ней.
Катя встала на колени и, держась за стену руками, начала выпрямляться.
– Помогите, – прошептала она. – Я… не хочу этого…
Ее глаза расширились, словно Катя увидела перед собой ядовитую змею, и она рухнула на пол как подкошенная. Несколько минут Катя лежала в полной неподвижности, затем открыла глаза.
– Отлично, – хриплым мужским голосом произнесла она, поднимаясь на ноги. – Теперь надо забыть эту потаскушку.
– Это вряд ли, – неожиданно раздался тихий, но решительный голос.
«Катя» недоуменно оглянулась.
У дверей комнаты застыла фигура Василия.
– Что за хрен с горы? – окрысилась «Катя».
– Узнаешь, – сказал Василий, наградив «Катю» нехорошей улыбкой.
Стены вдруг ожили, пошли ребристыми волнами, и помещение стало быстро наполняться другими фигурами. Среди прочих мелькнули бледные лица Марины, Аллы, Лизы и Веры…
– Давай, урод, – заговорил Василий. – Вылезай из нее!
«Катя» подняла руку, ее тонкие пальцы мелко-мелко тряслись.
По рядам призрачных фигур прошелся глубокий вздох, и их вибрирующие тела начало всасывать обратно в стены комнаты.
Ухмылка сползла с лица «Кати».
– Помогите, – тихо проговорила она своим настоящим голосом и посмотрела на пистолет, валявшийся под ногами. Девушка попыталась наклониться, но ее трясущаяся рука словно каждый раз натыкалась на невидимую преграду.
– Я не могу! – беспомощно закричала Катя. – Я не могу сама!
С трудом отлипнув от стены, Василий приблизился к корчившейся в судорогах девушке. Однако когда расстояние между ними сократилось до метра, она неожиданно вскинула другую руку, и Василия отбросило в сторону, словно скомканный клочок бумаги.
– Катя… – шепотом позвал Василий, медленно приподнимая руку. С указательного пальца сорвалась божья коровка. Сделав пару кругов над головой девушки, она аккуратно уселась Кате на щеку.
– Я здесь, – промолвила девушка своим голосом. – Я… еще здесь…
С ее губ сорвался долгий вздох. Рука, не встретив сопротивления, взяла пистолет и медленно повернула его, направив себе в грудь.
– Нет, – прохрипела она голосом Антона.
– Да, – улыбнулась Катя, нажав на спусковой крючок. Грохнул выстрел, запахло дымом.
Катя вздрогнула, на ее груди стала расплываться алая роза. Пройдя навылет, пуля срикошетила по металлической балке, высекая искру. Мгновенно вспыхнул разлитый на полу бензин, ярко-оранжевые языки пламени жадно набросились на бревенчатые стены.
Катя осела на пол, выронив пистолет. В расширенных глазах плясали бешеные огни горящей комнаты.
Вязко-серое облако, словно сотканное из тумана, неохотно сорвалось с тела девушки и, набирая скорость, принялось исступленно биться об стены и потолок, напоминая подстреленную птицу. Изредка сквозь сизые клочья бесформенного сгустка просвечивало лицо Антона, охваченное леденящим ужасом.
Губы Кати шевельнулись в усталой, но счастливой улыбке.