Директор немного посмеялся.
— Зови меня Тристан.
То, что он считал, что они могут наладить теплые отношения после столетий войны и геноцида, действительно говорило о высокомерии директора. Полное уничтожение вампирской расы, возможно, было водой под мостом для Хранителей Судьбы, но Михаил не был таким прощающим.
— Что я могу сделать для вас, мистер Макалистер? — повторил Михаил.
Директор кашлянул на другом конце линии.
— Хорошо, тогда я перейду сразу к делу. Мы хотели бы увидеть ребенка.
Михаил ощутил как прикосновение страха пробежалось по его позвоночнику. Ему и так было о чем беспокоиться. Саид, Дженнер, Грегор… боги, Шелль. Не говоря уже о его беременной паре, которая должна была родить в любой момент. Это не то развитие, в котором он был даже отдаленно заинтересован.
— Я не уверен, что это будет возможно в настоящее время. — Не было смысла притворяться, что он не знал, о каком ребенке говорил Макалистер. Ванесса была на радаре Сортиари в течение нескольких месяцев.
— Думаю, что мы оба заинтересованы в поддержании мира. Зачем отменять весь прогресс, достигнутый нами в этом направлении, отказываясь от простого приглашения?
Прогресс? Так это видел Сортиари? Михаил хотел посмеяться.
— Ты говоришь, что если я откажу тебе в доступе к ребенку, то ты будешь считать это актом агрессии?
Макалистер разбушевался.
— Я не хочу воевать с тобой. Это простая просьба, ты согласен? Кроме того, Аристов, ты не можешь удерживать ее от нас. От Судьбы не убежишь.
Конечно, нет. И вот что беспокоило Михаила. Скоро мать Ванессы достаточно поправиться, чтобы заботиться о ней. Что тогда? Его ресурсы были не такими, какими он хотел их видеть. Его силы были скудными. У него просто не было людей, чтобы защитить Клэр и их ребенка, его собственность, ковены дампиров от нападений истребителей, а также человеческого ребенка и ее мать.
— Ты же не думаешь, что мы причиним ей вред?
Вопрос Макалистера повис в воздухе. Михаил знал, что Сортиари приказал пощадить Ванессу, когда Грегор забрал Клэр. Однако стражи судьбы, казалось, изменяли свое мнение по прихоти, и это беспокоило Михаила. Он проглотил смешок. Для чего-то, что должно быть вырезано в камне, судьба, безусловно, была непостоянной сукой.
— Ты прости меня, если я склонен делать собственные выводы относительно ваших мотивов.
— Мы не предприняли никаких шагов, чтобы отстранить ее от твоей опеки.
На этот раз Михаил не скрывал насмешку.
— Будто бы вы могли. — Боги, он пожелал, чтобы Сортиари раз и навсегда покинули город. Мир был огромным. Зачем открывать магазин на заднем дворе?
— Ты забываешь, кто мы такие, Михаил.
— Не думай, что я когда-нибудь забуду, кто вы и на что вы способны! — сорвался Михаил. — Что насчет твоих убийц, Макалистер? Ты возьмешь их с собой?
Макалистер вздохнул на другом конце линии.
— У тебя нет причин беспокоиться о берсерках. Они отвечают передо мной, и они под контролем. Больше не будет нападений на ковены дампиров. — Либо Макалистер блефовал, либо понятия не имел, что Грегор планирует переворот. — Конечно, мы можем пойти на компромисс. Я предрасположен к встрече на нейтральной территории. Ты можешь привести свою пару и еще одного представителя, кроме себя. Точно так же я приведу с собой двух членов нашей организации. Игровое поле будет равным, и после того, как у меня будет возможность встретиться с ребенком и поговорить с ней — в твоем присутствии, конечно — мы можем пойти разными путями.
Клэр там не будет. Михаил знал, что Макалистер использовал Ванессу в качестве предлога, чтобы узнать больше о его паре. Ходили слухи о ее уникальности. Без сомнения, любопытство Сортиари было задето.
— Я приведу двух представителей вместе с собой и ребенком. Я встречусь с тобой через месяц в выбранном мной месте, на закате.
Макалистер хмыкнул. Эта сволочь имела наглость обижаться на требования Михаила.
— Почему через месяц?
Михаил не собирался покидать Клэр, пока не родится ребенок.
— У меня есть другие вопросы, требующие моего внимания. Конечно, человек в таком положении, как ты, понимает же это?