ЗНАК ВОПРОСА 2003 № 03: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава рода весьма радушно встретил Иогансона, прибывшего в сопровождении казака. На второй или третий день пребывания в стойбище исследователь получил рисунчатое письмо от дочери старейшины на бересте. Накануне он обратил внимание на то, что молодая девушка, которой было 17–18 лет, весьма демонстративно «переселилась» в отдельный шалаш-странгу-чум, «шуганув» при этом от входа охочего служаку.

Иогансон по каким-то ведомым ему одному причинам не ответил на призыв юной дочери главы семейства, что вызвало негодование, хотя и хорошо скрытое, ее матери, которая на следующее утро довольно нелюбезно подавала на завтрак испеченные на костре лепешки. Исследователю пришлось довольно поспешно ретироваться…

Прошло полвека, и вот уже художник Рокуэл Кент, книги которого были одно время довольно популярны у нас, описывая свои приключения в Арктике, рассказал, как однажды в эскимосском стойбище вынужден был ответить в одну из ночей на «домогательства» сразу четырех аборигенок, которые остались весьма довольны «пришельцем».

Уже у шимпанзе молодые самцы изгоняются из обезьяньей семьи. Они либо прибиваются к другим семьям, либо уводят самок и возвращаются в лоно семьи. То же мы видим постоянно и в истории. Можно вспомнить многие картины европейских художников, особенно француза Давида, посвященные знаменитому эпизоду римской истории под названием «Похищение сабинянок».

Уже в Библии задолго до основания Рима на берегу Тибра рассказывается, как мужчины, прибывшие на землю обетованную, умыкали девушек с виноградников, из-за чего довольно часто возни-кали «боевые столкновения» с местными жителями. До сих пор то же самое мы видим на примере воинственного племени индейцев яномами, живущих в сельве Амазонии. Ареал их расслоения охватывает огромные территории Бразилии и Венесуэлы.

Яномами ведут постоянные войны за женщин, истребляя часто целые деревни. У некоторых удачливых воинов насчитывается до 20 жен, приведенных со всей «округи». Соответствует удаче в войне и «репродуктивный успех» таких доблестных вояк. Вполне возможно, что местные «гомеры» складывают о таких Чингачгуках целые поэмы подобно тому, как Гомер воспевал не только боевую доблесть Гектора, но и его «подвиги» в постели с Андромахой. Недаром ее звучное имя переводится с греческого как «Борец с мужем», мужчиной.

Греческая и римская мифологии оставили нам огромное количество примеров божественной борьбы с «генетической замкнутостью». Вспомним хотя бы всемогущего Зевса, который — обратившись в быка, умыкнул из Финикии прекрасную Европу. А затем, преобразившись на этот раз в красавца лебедя, осеменил любвеобильную Леду, родившую от сего «брака «несравненную Елену, из-за которой и разразилась Троянская война.

Пытался скрыть свою дочь Данаю в высокой неприступной башне правитель далекой Лидии, но Зевс и тут нашел выход. Его божественное семя проникло в Данаю в виде струй золотого дождя. Не забудем также, что Зевс вовсе не был сторонником запрета на клонирование: одна из его дочерей «вылупилась» из его бедра, а другая — мудрая и мужественная Афина, покровительница аттической столицы, — вышла из его головы.

Не с этого ли много позже списали свой сюжет эллинизированные иудеи, писавшие «Евангелие», то есть в прямом переводе «Благая весть»? В главе 1-й Евангелия от Матфея, начиная со стиха 18-го говорится буквально следующее: «Рождество Иисуса Христа было так: по обручении Матери его Марии с Иосифом, прежде, нежели сочетались они, оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого».

Таким образом, Библия дает нам два примера клонирования человека — сначала Евы, а затем и самого Христа. И сейчас во многом даже интересно слышать возражения и даже запреты различных церквей и религий против клонирования человека, которое объявляется богопротивным «промыслом». В данном случае, иерархи противоречат сами себе, что в общем-то было неоднократно на протяжении бурной истории того же христианства, особенно в западном его варианте.

Вспомним хотя бы довольно позднее «наделение» душой тех же женщин, что произошло чуть ли не в XVI веке только. До этого женщины «приравнивались» к «темным скотам» и тем же деревьям. Очень долго не признавалось одушевление за детьми. Да и сейчас ведутся в связи с проблемой абортов споры, когда зародыш-эмбрион обретает душу.

Феминистки в общем-то правы, когда восстают против «мэйл-ориентированного» мира, то есть мира, концентрирующегося вокруг мужчин. И видят истоки проблем в библейских текстах, в которых женщина объявляется «нечистой». И до сих пор признанная вроде бы биология женщин не нашла своего отражения в суждениях самых разных иерархов, которые никак не могут отказаться от вопиющего образчика древнего мужского невежества. Никто из них не отважится взять на себя «ответственность» и объявить это место Библии неверным и унижающим достоинство женщины, как «рабы божией».

Никому в голову не придет «осуждать» женщину за то, что она вынашивает дитя и рожает его или ее. Но ведь менструация — это основа женской детородной функции! То, с чего начинается весь род человеческий, а гендерно-ориентированный мир мужланов обрушивается па женскую биологическую особенность, хотя в той же Библии Бог говорит: плодитесь и размножайтесь…

Хорошо хоть сегодня ту же оспу не считают порождением задержавшейся в теле менструальной крови, как это полагалось чуть ли не до середины XIX века. Отсутствие менструаций является признаком либо каких-то генетических дефектов — внешне вроде бы и женщина, а на хромосомном уровне мужчина, — либо отсутствия гипофиза (апитуитаризм).

При отсутствии этой важнейшей мозговой железки всей эндокринной системы из мозга не посылается химический сигнал к яичникам. Этот сигнал получил у врачей и биологов название «фолликуло-стимулирующий гормон» (ФСГ). Поступление ФСГ с током крови в яичники стимулирует созревание фолликула, или «Граафова» пузырька, в центре которого созревает яйцеклетка (по латыни «овум»).

Слово это нам хорошо знакомо: все знают овал, то есть фигуру яйцевидной формы. Есть и такое уже примелькавшееся олово, как «овальбумин», то есть альбумин — белок яйца, чаще всего куриного (латинское прилагательное «аль-ба» как раз и означает белый). Отсюда понятно, почему выделение яйцеклетки из яичника получило название овуляция.

Если яйцеклетка оплодотворяется спермием, то возникает эмбрион — зародыш, который имплантируется, то есть «внедряется», в слизистую матки. С имплантации зародыша начинается беременность. Это в норме, но может быть и внематочная беременность, что не есть хорошо, поскольку может окончиться для женщины операцией.

А вот если оплодотворения не происходит, то миллиарды клеток подготовленной к приему эмбриона слизистой матки подвергаются запрограммированной смерти — апоптозу — и «сбрасываются». Генетически запрограммированной смерти подвергаются и многочисленные сосуды со всем их «содержимым».

В отличие от животных, у которых течка-эструс возникает иногда лишь раз в год, в геноме человека произошли такие изменения, в результате которых маточные «геморрагии» стали происходить раз в «мене» — месяц. Эти менореи и являются свидетельством здоровья и нормального функционирования женского организма. Недаром даже небольшие отклонения от четкого менструального цикла вызывают самое пристальное внимание врачей.

Естественно, что в библейские времена при восточном недостатке воды в жарком климате и скученном городском быте, когда целые семьи вынуждены были ютиться в комнатушках площадью 6–8 квадратных метров, женская менструация при полном отсутствии необходимых гигиенических средств создавала для «сожителей» трудно разрешимую проблему. Вот почему женщину объявляли «нечистой». Но сейчас-то!

Такие состояния называются «социальной патологией». То есть человек здоров, но общество решает, что он болен. Классическим примером таких социальных патологий являлись гомосексуализм и онанизм. И тут «просвещенное» общество унаследовало старинные предрассудки, поскольку оба указанных вида «патологий» нарушало принцип «плодитесь и размножайтесь», что приводило к уменьшению всем известной «десятины». Хорошо, что сейчас различные общества стали гораздо более толерантными к подобного рода проблемам. Вот еще бы только с прокладками разобрались и перестали бы на их рекламу так остро реагировать.

Можно смело утверждать, что вопросы деторождения издревле занимали умы человечества. Выше уже говорилось о библейском «освещении» вопросов пола и деторождения, а также женского бесплодия на примере Рахили и ее мужа, Лота и его дочерей, божественной кары в отношении Содома и Гоморры и т. д. При этом удивительно, что библейских авторов никак не «заинтересовала» проблема регулирования пола у потомства.

А вот античных авторов проблема эта волновала чуть ли нс в первую очередь. Аристотель полагал, что пол ягнят зависит от того, к какой стороне света обращена овца, в то время как ее покрывает баран. В отношении людей важно было и положение женщины на том или ином боку, а также тестикул, из которого изливается семя мужа при совокуплении: если семя из левого семенника, то родится дочь, а если из правого…

Или наоборот? Вряд ли даже Аристотель при всей его физике и метафизике мог быть уверенным до конца в этом сложном вопросе, тем более что все равно мыслитель не мог проверить справедливость своих слов. Гораздо ближе к решению проблемы был Лукреций Кар, писавший в своей книге «О природе вещей», что всем этим сложным процессом управляет богиня любви Венера.

Там же римский автор писал о том, что многие женщины, бесплодные в браке, при смене мужей вскоре становились счастливыми матерями. Тем самым впервые ставился вопрос и о мужском бесплодии, на признание которого людям потом потребовалось еще две тысячи лет. Это ли не еще один образчик социальной «философии», сконцентрированной только на мужчине и признающей только его примат!

Сейчас трудно поверить в то, что мужские и женские половые клетки известны науке всего-то чуть больше века. Конечно, для того, чтобы открыть их существование, понадобилось два века развития оптики, у колыбели которой стояли такие гиганты мысли, как Ньютон и Гук. Но еще у Левенгука были вполне приемлемые лупы и линза, с помощью которых вполне можно было бы рассмотреть если не отдельный спермий, то уж яйцеклетку-то обязательно. Особенно такую огромную, как икра того же лосося (красная!), который во множестве водился во всех европейских реках.

Автор еще в 1996 году в «Медицинской газете» писал следующее: «Исторически первое сообщение об искусственном осеменении женщины датируется 1785 годом»! То есть интерес к данной проблеме был, однако он носил скорее медицинский, нежели научный характер. Почему же такая важная в научном плане проблема не волновала умы исследователей?

Надо признать, что реальная биология родилась только чуть больше века назад с бурным «внедрением» современного микроскопа. Микроскопическую революцию конца XIX века можно сравнить только с компьютерной. Впервые ученые получили прибор экспериментирования, причем прямого с клетками, чего не было у современников Лавуазье и Линнея. Даже у Дарвина не было микроскопа и возможности прямого манипулирования клетками.

Это, так сказать, в общем философском плане гносеологии, то есть «теории» познания (слово «теория» взято в кавычки потому, что мы не знаем, как рождается реальное знание — чаще всего это бывает результатом сугубо случайного процесса). В практическом же — а практика единственный критерий истины — никому в общем-то и не надо было изучать эти самые клеточные процессы. Контрацептивов и абортов не было, рождаемость и смертность были высокими, церковь вмешательство в божественный «промысел» категорически запрещала. Поэтому единственной «отдушиной» была… селекция сельскохозяйственных и других животных и растений, что представляло экономический и финансовый интерес.

Необходимо пояснить один весьма немаловажный факт, заключающийся в том, что наука экспериментальная рождается только тогда, когда создается избыточный «натуральный продукт», за счет которого кормится ученый. Первой электрической станции всего лишь чуть больше века, а до этого чуть ли не на протяжении двух веков пытливые умы разных стран по крохам собирали сведения об этом удивительном явлении природы, без которого мы сегодня не можем себе представить повседневную жизнь.