Несколько показавшихся долгими секунд я не отвечала ему. Затем, смирившись, я повернулась к нему лицом. Моё лицо залилось румянцем ещё до того, как я раскрыла рот.
- Как насчёт того, чтобы ради разнообразия поговорить о чем-нибудь настоящем? - помедлив, когда Ревик прищурился, я стиснула зубы. - Ты вообще собираешься рассказать мне, что случилось между нами той ночью? Ну знаешь... та штука, которую понимают все, кроме меня?
Последовало молчание.
Когда оно затянулось, я раздражённо выдохнула.
- Серьёзно, Ревик. Мы можем хоть раз не пудрить друг другу мозги? Просто скажи мне, что я сделала.
Он уже качал головой.
- Нет.
- Нет? - я ещё сильнее стиснула зубы. - В каком это смысле нет? Ты действительно не собираешься говорить мне, в чем дело?
Он повернулся, и его голос сделался таким же холодным, как и его глаза.
- В чем дело? - прорычал он. - О какой именно части ты говоришь, Элисон?
Я ошарашенно уставилась на него. Когда он не продолжил, моё удивление превратилось в изумление.
- О какой части? - переспросила я. - Как насчёт той части, где ты сказал всем ничего мне не объяснять? Как насчёт той части, где ты заставил всех своих подружек-шлюшек держать меня в неведении, что же, черт подери, я с тобой сделала? - когда он вздрогнул, а лицо его ожесточилось, я повысила голос. - Иисусе, Ревик. Просто скажи мне! Что? Что такого ужасного я с тобой сделала? Ты уже должен был понять, что я сделала это не нарочно!
Он снова покачал головой, зло щёлкнув языком.
- Я слишком устал для этого, Элли.
- Ты слишком устал для этого? Но ты хочешь всю ночь читать мне лекции о загадочных текстах видящих? Может, ещё немножко поучишь меня, как есть еду видящих?
Его глаза сделались холодными как лёд.
- Я слишком устал для этого, Элисон.
Несколько секунд я лишь смотрела на него.
Затем, осознав, что тоже слишком устала для этого, я вздохнула. Стиснув зубы, я ещё несколько секунд сидела и смотрела в стены невидящим взглядом. Почувствовав, как его враждебность рядом со мной усиливается, я отодвинулась подальше от него, усевшись на сложенное одеяло.
Наблюдая за мной, он провёл пальцами по своим черным волосам, пробурчав что-то на немецком.
Я уловила достаточно слов, чтобы вздрогнуть.
Я видела, что он заметил и пристально посмотрел на меня. Не нуждаясь ни в том, ни в другом, я подтянула к себе колени, положив лицо на скрещённые руки. Внезапно я почувствовала себя более усталой, чем могла вынести.
- Прости, - сказал Ревик.
Я подняла взгляд, затем тут же об этом пожалела. Он пристально смотрел на меня виноватым взглядом.
- Я не знал, что ты знаешь немецкий, - сказал он.
- На самом деле, не знаю, - в ответ на его молчание я вздохнула. - У меня как-то раз была соседка по комнате, родом из Штутгарта. Я выучила от неё несколько слов. Два из них, по случайности – «сопливая» и «сука», - я видела, как он вздрогнул, но притворилась, что не замечаю. - Она много спорила со своей девушкой.
Его кожа потемнела. Переплетя пальцы, Ревик кивнул, уставившись на свои ноги.
- Я приношу свои извинения.
- Забудь.
- Я не имел в виду...