Он посмотрел на меня так, словно у меня диагностировали травму мозга, но когда я не дрогнула, лишь пожал плечами и пошёл за мной.
Я так напряжённо сосредоточилась на мужчине перед нами, что едва замечала сам дом. Однако как только мы добрались до первой лестницы, я осознала, что отвела взгляд от спины человека и внезапно увидела высокие стены, обитые деревянными панелями, потолки, бронзовые скульптуры, картины и каменные полы. Гобелены размером с пол всей моей квартиры покрывали одну из стен в главном коридоре. Они выцвели с возрастом и выглядели так, словно им место в музее.
Даже стены недавно отполировали.
Когда мы проходили слева от гигантской мраморной лестницы, тханка того Будды с множеством голов привлекла мой взгляд. Уставившись на тханку размером с одеяло, затем на лестничный пролёт ниже второго этажа, где я заметила массивную вазу, похожую на китайскую, я поймала себя на мысли, что может быть, это все же вещи Ревика, ждущие аукциона. Я позволила взгляду подняться выше, замечая сводчатый купол над лестницами. Овальное окно с меньшими, но такими же узорными ионическими колоннами окаймляло его как колокольня кафедрального собора.
Эддард провёл нас в комнату с встроенными книжными шкафами из орехового дерева, занимавшими пространство от пола до самого потолка, и поношенной, но дорогой с виду кожаной мебелью, расположенной перед мраморным камином. Стены здесь тоже были обшиты панелями, но я увидела в углу ещё один азиатский стеллаж, вручную расписанный китайский шкафчик и несколько японских ваз. На высоких створчатых окнах висели оливково-зелёные шторы, которые казались такими же старыми и дорогими с виду, как и остальное убранство комнаты.
Я заметила, что в комнате не было ни одной фотографии.
Подумав об этом, я помедлила, остановившись перед каминной полкой. Ну, только одна. Небольшая, стандартного размера фотография стояла на мраморной полке в деревянной рамке.
Направившись к ней, я почувствовала, как что-то в моей груди сжалось.
- Подождите здесь, пожалуйста, - сказал Эддард.
- Эй, - начал Мэйгар. - Погоди-ка...
Но Эддард уже закрывал двойные двери, отрезая нас от главного коридора. Скрестив руки на груди, Мэйгар повернулся ко мне.
- Супер. Потрясающе просто, Мост. Наверное, он звонит своим приятелям в Зачистке.
Мои глаза не отрывались от фотографии, прослеживая линии изображения, которое я знала так хорошо, что на него сложно было смотреть. На фотографии мой отец держал меня на руках, улыбаясь. Он уже потерял вес из-за рассеянного склероза, но он выглядел счастливым и сильным.
Лицо моей матери сияло с другой стороны рамки, такое молодое, что оно меня поразило. Маленькая я между ними прислонялась к груди папы, широко улыбаясь, обхватывая одной рукой его шею и играя с мамиными волосами. Этот образ врезал по мне как удар по лицу.
Мэйгар, кажется, наконец-то заметил.
- Что? - спросил он. - В чем дело? - он посмотрел на полку над камином, где стояла фотография. - Что, Мост?
- Я хочу уйти, - сказала я.
- Ты что-то почувствовала? - от насторожённости его голос зазвучал резче.
- Нет, - я покачала головой, отворачиваясь от фотографии.
Двери распахнулись.
Я повернулась, но ничего не видела через завесу перед моими глазами, не могла различить фигуру, несущуюся на меня по персидскому ковру. Наконец, добравшись до меня, она кинулась в мои объятия, едва не сбив с ног, а потом сжала так крепко, что я не смогла дышать.
Но боги, она была такой худой... как призрак. Даже в состоянии шока я боялась, что могу сломать её.
- Элли! - завизжала она. - Элли! Элли! Элли! Элли! Элли!
Я стояла там, чувствуя себя так, словно меня раз за разом бьют по лицу. Касс стащила солнцезащитные очки с моих глаз, скинула капюшон толстовки и парик с моей головы, затем нахмурилась и принялась отдирать лицевые протезы с носа и щёк. Когда я увидела её без помех, моё сердце сжалось.
Я видела, как Мэйгар дёрнулся в нашу сторону, доставая оружие из кобуры.
- Стоять! - сказал он.
Его тон шокировал меня, заставил отвести взгляд от Касс, которая сдирала последний кусочек модифицированного латекса с моего подбородка.
- Убери от неё руки сейчас же! - сказал он. - Немедленно!
- Нет! - я вскинула руку. - Нет! Все хорошо!
Затем я увидела в дверном проёме своего брата и утратила дар речи.