Ву хохотал, глядя на Тилу. Покраснев до корней волос, она водила глазами из стороны в сторону, словно ища, где спрятаться. Не слишком приятно осознавать, что являешься частью генетического эксперимента.
— В итоге мы поменяли законы о рождаемости на Земле, что оказалось на удивление легко. Наш уход из Известного космоса привел к обвалу на биржах, вследствие чего разорились несколько членов Комиссии по рождаемости. Некоторых из них мы подкупили, других шантажировали долговой тюрьмой, а затем воспользовались коррупцией в Комиссии в качестве публичного повода для перемен. Подобное предприятие потребовало гигантских расходов, но не несло никакой опасности и отчасти завершилось успехом. Мы сумели воплотить в жизнь Лотереи рождений, надеясь получить таким образом породу необычно везучих людей.
— Чудовище! — закричала Тила. — Чудовище!
— Тила, — сказал Говорящий, который уже убрал в чехол свой шанцевый инструмент Поработителей, — ты не жаловалась, когда узнала, что кукольники манипулировали наследственностью моей расы. Им хотелось получить покорного кзина, и с этой целью они разводили нас, как биологи разводят стхитов, убивая дефективных и оставляя прочих. Ты радовалась, что подобное преступление пошло на пользу вашему виду. А теперь ты жалуешься. Почему?
Рыдая от ярости, Тила отключила интерком.
— Покорного кзина, Несс, — повторил Говорящий. — Вам хотелось получить покорного кзина. Если ты считаешь, что вам это удалось, — возвращайся и вновь присоединяйся к нам.
Кукольник не ответил. Серебристая точка его скутера скрылась из виду далеко впереди.
— Не хочешь вернуться? Но как я смогу защитить тебя перед неизвестностью, которую таит в себе эта земля? Впрочем, зная вашу осторожность, я вас ни в чем не виню. — Кзин выпустил слегка изогнутые, острые, как иглы, когти. — И тем не менее ваша попытка создать везучего человека закончилась ничем.
— Нет, — ответил по интеркому Несс. — Мы все-таки вывели породу везучих людей. Я не смог связаться ни с одним из них, чтобы пригласить в эту злополучную экспедицию. Они оказались более чем везучими.
— Вам хотелось поиграть в бога с обеими нашими расами. Даже не пытайся вернуться.
— Останусь на связи по интеркому.
Изображение кзина исчезло.
— Луис, Говорящий меня отключил, — сообщил Несс. — Если мне потребуется что-то ему сказать, придется передавать через тебя.
— Ладно, — ответил Луис и отключился.
Почти сразу же на том месте, где до этого виднелась призрачная голова кукольника, вспыхнул огонек — Нессу хотелось поговорить.
Невмирс! Обойдется.
Позже они пересекли море размером со Средиземное. Опустившись ниже, Луис обнаружил, что другие скутеры последовали за ним. Флотилия оставалась под его управлением, хотя никто не желал с ним разговаривать.
Вдоль побережья тянулся город, лежавший в руинах. За исключением пристани, он совсем не отличался от Зигнамукликклика. Луис не стал садиться — ничего нового он все равно бы тут не узнал.
Земля постепенно поднималась все выше и выше, пока не щелкнуло в ушах и не упало давление. Зелень сменилась коричневым кустарником, затем высокогорной тундрой, затем милями голого камня, затем...
Ветры полностью очистили горный хребет на протяжении полутысячи миль, унеся с собой кусты, дерн и камень. Не осталось ничего, кроме обнаженной поверхности основы кольца, серой и полупрозрачной, внушавшей отвращение одним лишь своим видом.
Подобной небрежности не допустил бы никто из строителей кольца — значит, цивилизация начала умирать уже давно. И процесс начался именно здесь, с голых проплешин в местах, где никто не бывал...
Далеко впереди, в той стороне, куда улетел Несс, виднелось обширное сверкающее пятно, расстояние до которого могло составлять от тридцати до пятидесяти тысяч миль, размером по меньшей мере с Австралию.
Еще один участок обнаженной основы, проступивший сквозь когда-то плодородную почву, высохшую и унесенную ветром после того, как разрушилась речная система? Очевидно, когда повсюду прекратилась подача энергии, падение Зигнамукликклика стало последним этапом катастрофы.
Сколько времени это длилось? Десять тысяч лет?
Или дольше?
— Невмирс! И обсудить-то не с кем. Возможно, это очень важно, — пробормотал Луис, хмуро глядя на местный пейзаж.
Учитывая, что солнце постоянно располагалось прямо над головой, время воспринималось совершенно иначе. Утро ничем не отличалось от дня. Любые поступки и решения казались не столь значительными, а реальность — не столь реальной. Как будто, подумал Луис, путешествуешь между телепортационными кабинами.
Именно. Они пребывали между телепортационными кабинами, одна из которых находилась на «Лжеце», а другая — возле стены кольца. Им только казалось, будто они летят треугольником над плоской серой равниной.
Скутеры направлялись к левому краю кольца сквозь застывшее время.
Как давно все не разговаривали друг с другом? Прошли часы с тех пор, как Луис послал сигнал Тиле, что хочет с ней пообщаться, а чуть позже — Говорящему. На их приборных панелях вспыхнули огоньки, но никто не отреагировал, точно так же, как и Луис проигнорировал сигнал на собственной панели.