— Принимается, — ответил Хмии, даже не взглянув на Ву.
Их окружали около сотни великанов. Новых, похоже, не появлялось.
— Это все? — спросил кзин.
— Они и мои воины — все мое племя. Всего в вельде двадцать шесть племен. Когда есть возможность, мы держимся вместе, но никто не говорит от имени всех, — ответил вождь великанов.
Из сотни с небольшим лишь восемь принадлежали к мужскому полу, все в шрамах; трое, по сути, были калеками. Ни у кого, кроме вождя, не наблюдалось ни морщин, ни седины.
Остальные были самками... вернее, женщинами. Ростом от шести с половиной до семи футов, они выглядели низкорослыми рядом с мужчинами. Смуглые и полностью обнаженные, они держались с гордой осанкой. Густые золотистые волосы падали им на спину, сплетаясь в сплошную массу. Никто не носил никаких украшений. Ноги их были толстыми, с большими загрубелыми ступнями. Волосы у некоторых были седыми, а тяжелые груди позволяли судить об их возрасте. Женщины с любопытством и удовольствием разглядывали гостей, пока бронированный великан рассказывал обо всем, что о них знал.
— Если предпочитаешь какую-то конкретную самку, — тихо проговорил Хмии, выключив переводчик, — я должен сказать об этом прямо сейчас.
— Нет, они все почти одинаково... привлекательны.
— Мы все еще можем с этим покончить. Ты, наверное, с ума сошел, если пообещал такое!
— У меня все получится. Ты что, не хочешь отомстить за свою опаленную шкуру?
— Отомстить растению? Да ты и впрямь свихнулся. У нас не так много времени, а через год с небольшим они все равно погибнут — растения, великаны, маленькие краснокожие мясоеды и все прочие!
— Угу...
— Если бы они знали, что от твоей помощи никакого толку... Насколько рассчитан твой проект? На день? Месяц? От этого страдает наш собственный план.
— Может, я действительно сумасшедший. Хмии, я должен довести дело до конца. С тех пор как я покинул Мир-Кольцо, у меня нет... не было повода гордиться собой. Я должен доказать...
— Сам Луис скажет нам, что угроза со стороны огненных растений миновала, — заявил вождь великанов. — Он объяснит, что мы должны сделать...
Ву с приличествующей ему скромностью вышел из-за спины громадного кзина, и никто из великанов не заметил, что он разговаривает с собственной ладонью.
Полминуты спустя из челнока раздался громовой голос:
— Слушайте же меня, ибо пришло время огненным растениям очистить место для всех людских племен. Я явлюсь перед вами в виде облака, и вы увидите плоды моих трудов. Ваша задача — собрать семена, которые вы хотите засеять там, где сейчас растут огненные растения...
С первыми лучами рассвета, когда из-за теневого квадрата появился край солнца, великаны проснулись и взялись за дело.
Им нравилось спать, соприкасаясь друг с другом. Вождь великанов возлежал в центре круга женщин, а Ву — на его краю, положив маленькую, наполовину лысую голову на женское плечо и закинув ноги на длинные костистые голени какого-то мужчины. Земляной пол был покрыт плотью и волосами.
Просыпаясь, они поднимались один за другим. Первыми выходили ближайшие к двери, беря сумки и мечи-косы, за ними следующие. Ву вышел вместе с ними.
Возле далекого челнока однорукий великан с покрытым шрамами лицом быстро попрощался с Хмии и трусцой побежал к общему дому, внутри которого предстояло спать стоявшим на посту прошлой ночью часовым. Остались также несколько старух.
Великаны широко раскрытыми глазами уставились на Ву, который начал взбираться по стене дома.
Трава и глина крошились под ним, но крыша находилась на высоте всего в двенадцать футов. Подтянувшись на руках, Луис оказался между двумя подсолнечниками.
Растения высотой в фут торчали на узловатых зеленых стеблях. Каждое из них имело единственное овальное соцветие с зеркальной поверхностью от девяти до двенадцати дюймов в поперечнике. Из центра зеркала выступал короткий стебель, заканчивавшийся темно-зеленой луковицей. Обратная сторона цветка своей жилистой структурой напоминала растительный аналог мышечной ткани. И все соцветия отбрасывали солнечный свет на Луиса Ву, хотя света пока было недостаточно, чтобы причинить ему какой-либо вред.
Обхватив руками толстый стебель подсолнечника, Луис слегка его качнул. Стебель не поддавался — корни уходили глубоко в крышу. Сняв рубашку, он поместил ее между цветком и солнцем. Зеркальное соцветие нерешительно поколебалось, затем сложилось, скрыв внутри зеленую луковицу.
Луис спустился, помня о зрителях и продолжая играть прежнюю роль. Пока он шел к челноку, где его ждал Хмии, белое сияние следовало за ним.
— Я провел часть ночи, разговаривая с часовым, — сказал кзин.
— Узнал что-нибудь?
— Он полностью тебе доверяет, Луис. Они весьма легковерны.