Самый сумрачный сезон Сэмюэля С: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Почему ты так кутаешься. Боишься, что опять укушу.

— Как-то не тянет снова становиться холодной закуской. Пора подавать горячее. Вот и греюсь.

— В глубине души ты так и остался ребенком, ты в курсе.

— В курсе.

— То есть тебя это устраивает.

— Устраивает.

— А ты, наверное, еще и вуайерист.

— Может быть.

— Инфантильный, да еще и вуайерист, да в твоем возрасте — не слишком удачное сочетание. Не знаю, зачем я трачу время, лекции тебе читаю. Разве что, если у нас так ничего и не выйдет, надо будет хоть другим отсоветовать.

— Сколько яда.

— А ты что думал. Э, секундочку, в каком смысле яда.

— Брызжешь на меня, можно сказать, ядовитой слюной.

— Ой, давай сменим тему. Хотела бы я все-таки знать, какие у тебя взгляды на жизнь.

Сэмюэль С чешет под коленом, смахивает капельку крови. Той же окрашенной костяшкой проводит под носом, отирает каплю застывшего пота. Свинствующий сфинкс, вахлак малахольный с забардаченным чердаком, обызвествленный любезник. Исповедник выживших из ума изобретателей, богатых белокурых аристократок и нагих шлюшонок, ведущих семинары. Исполински раздулся от гордыни, взращенной на печально победивших принципах. И вляпался в августейший, вероломнейший из провалов. Теперь только возглавить парад униженных, перевалить Альпы, двинуться на Мюнхен — нет-нет, Париж минуем, — потом на плот и из Бреста в Нью-Джерси; сойти левее Стейтен-Айленда и заложить дворец дурацких неудач на ближнем болоте, среди гнилья и пиявок. Храм, куда смогут приезжать иногородние приятели, чтобы, сидя у ног, просить прощения за мирские богатства и процветание.

— Сэмми, о чем ты думаешь, все молчишь.

— Воображал себя председателем банка с уставным капиталом миллиард долларов.

— А если бы я пришла просить ссуду.

— Я бы дал.

— И ведь дал бы. Чем все кончится, Сэмми.

— Кончится, и все тут.

— Во мне как будто нутро вверх тормашками. Хоть что-нибудь посоветуй.

— А что ты хочешь услышать.

— Все ли в порядке. Со мной.

— Какая разница, что я скажу.

Абигейль поднимается на ноги. Сжимает кулачки. Треугольник мягких темно-каштановых волос в основании живота, подушечка, куда можно было бы преклонить голову.

— Хрен надутый. Никому чтобы ни слова.

— Думаешь, есть о чем поведать.

— Никому ни слова, и точка. Я знаю, до чего все эти психиатры любят в дерьме копаться. Хлебом не корми. Развратники.

— Ты так считаешь.

— Я так считаю.