Я повернулся и увидел лишь его удаляющуюся спину, затем перевел взгляд на Керри. Её взгляд был также направлен на Грегори Виворта, а затем она посмотрела на меня и время будто остановилось. Она все поняла, поэтому взгляд её был такой, как смотрят на смертельно больного — когда знаешь, что исход только один.
Музыка ещё играла, Керри не сводила взгляд с меня, а я с неё. Пышные платья, дорогие костюмы, драгоценные украшение — это все цинично и низко. Хрустальная люстра, зарубежные ламбрекены, деревянная мебель — мелко и меркантильно. Всё это мелькало и мелькало под прекрасную музыку, а в голове стоял лишь гул и замерший стук сердца. Ведь все, что мне нужно сейчас — это чтоб она не смотрела на меня так.
«Ведь я никогда не причиню ей вред. Уже никогда.»
Но она не знает этого и мне страшно представить, что сейчас прокручивается в её умной голове. Она ко мне не подойдет, это точно. Как бы поступил я, если бы думал, что меня сейчас убьют? При этом меня никто не защитит и моего убийцу вряд ли что-то сможет остановить. Она сбежит.
Как только музыка стала утихать, она скрылась в толпе. Я поспешил её догнать.
— Стой, — она выбежала на улицу и понеслась в сторону сада. — Керри подожди, — я бросился за ней, выкидывая нож в ближайшие кусты.
Я нагнал её быстро и захватил сзади, прижимая её руки к телу. Хорошо, что ночь уже вступила в свои права и никто нас не видел.
— Нет! Лаен, не надо, — забилась она.
— Да успокойся ты, я не причиню тебе вреда, — но она, кажется, не расслышала, пришлось стиснуть её посильнее. — Я не собираюсь тебя убивать.
Видимо, мои слова все же дошли до неё, и она перестала вырываться.
— Нет? Почему?
— А почему я должен это делать? — вопрос её обескуражил.
— Но Грегори же подходил к тебе, я видела. Что он тебе приказал?
— Он дал мне нож и приказал убить тебя, как только закончится танец. Но я этого не сделаю.
— Почему? Это же приказ!
— Такое чувство, будто ты не рада, — улыбнулся я.
— Я очень рада, но я не понимаю…, - я отпустил её и произнес, как само собой разумеющееся.
— Потому что Грегори Виворт идиот, — она глянула на меня, в ожидании объяснений, но было видно, что она меня уже не боится. — Он подошел и произнес: «Как только этот танец закончится, убей её».
— И? — нервно вырвалось у неё.
— А то, что он не уточнил кого. Может, я муху должен убить после танца, откуда мне знать, о ком именно идет речь?
— То есть, он должен был сказать мое имя?
— Ну… — замялся я.
— Что?
— Пришлось бы муху назвать в твою честь и таки умертвить бедное создание. Понимаешь, очень сложно заставить человека сделать то, чего он делать не хочет. Всегда можно понять приказ по своему, — я понимал, что это не совсем та правда, которую я, наверное, должен был ей рассказать уже давно, но почему-то еще не мог.
— Это радует. И немного пугает, — она нахмурилась. — Выходит, что ты мог спокойно обходить все мои приказы?
— Пф. Да разве ж это приказы? Ты на собак своих жешче кричишь, чем на предполагаемого раба, — я засмеялся.
— Что? Да я полгорода в страхе держу уже столько лет, — улыбаясь, возмутилась она. — Сейчас, как дам тебе, промеж глаз за то, что раньше этого не говорил, — она, шутя замахнулась и засмеялась вместе со мной.
В нашем смехе явно просматривались истерические нотки. Нервная ночная пробежка дала выхот вот таким способом.
— Так, так, как это удачно я зашел, — из-за деревьев вышел мужчина с бутылкой вина.
От неожиданности Керри сделала легкий прыжок в мою сторону и испуганно схватилась за сердце.