Цитадель: читать начало книги онлайн

Мартин хмыкнул.

– Не слишком ли, Леран? Христианские заповеди не отвергают возмездия. Понимаю, тебе не хочется становиться судьёй. Может быть, ты не готов… Но кому–то надо! Они будут наказаны. В данное время они под стражей в Сент-Себастьяне. Всю охрану и прислугу Центра я отправил отсюда вертолётами в первый день.

Леран молчал, а мысли комиссара вернулись к теме, которая мучила его все дни пребывания в форпосте подпольной науки и технологии. Вернув бутылку в бар, Мартин занял кресло у книжного шкафа и сказал, смотря в пол:

– Вот чего я никак не могу понять… Барт, – великий профессионал. Жизнь классного журналиста мало отличается от жизни полицейского. Работа сталкивала его с такими людьми, что… И не раз ставила в критические ситуации. Не менее сложные, чем тут. И всегда он находил выход.

Леран продолжал молчать. О внутреннем кризисе, захватившем Эриксона, говорить не хотелось. А особенно, – о том, что Барт вначале инстинктивно, а затем вполне осознанно подводил себя под последнюю черту. Он сам обрёк себя на преждевременную гибель. Сам себя осудил, и сам себе подписал приговор. Комиссар не поймёт, они с Бартом люди разного душевного склада. Для Мартина откровения Лерана будут звучать в чересчур мистической тональности.

Комиссар продолжал размышлять вслух.

– И ещё одного я не пойму… Ты и раньше, Леран, отличался… Барт говорил мне кое-что. А теперь ты, – совсем не такой. Не такой, как я. И даже не такой как Барт, пусть он и ближе к тебе, чем кто–либо. Не знаю, в каких словах объяснить… Конечно, Барт знал о тебе многое, но… Почти месяц в каменном мешке, без всего… Тебя поместили туда избитого, без сознания. А вышел ты без моей помощи, совсем свежий, даже в весе не потерял. И в бассейне, с акулами… Они все мертвы.

Леран оценил откровенность Мартина.

– В студии, в кабинете Барта, стоял сейф. Маленький, под столом помещался. Фред сказал, его вынесли. В нём брат хранил бумаги обо мне и для меня. Ты мог бы помочь… Тогда многие вопросы получат ответы. Уверен, руководство полиции знает, где сейчас сейф.

Мартин какое-то время смотрел на лишённое определённого выражения лицо Лерана. Сейчас он понимал, почему его вербовали и разведка, и федералы. Смотрел и спрашивал себя: какие чувства прячутся в сердце золотоволосого и золотоглазого сына простого рыбака из Нью-Прайса. Неужели индейцы до сих пор хранят секреты, делающие человека вот таким, непохожим на человека? Испытывает ли он горе, хоть печаль по поводу случившегося? Мартин вздохнул и сказал:

– Хорошо. Я попробую. Я сделаю всё…

Леран будто и не слышал его. И вернулся к прежнему разговору.

– Они не первые, кто соединил психику и технику в решении одной задачи. Но подобного масштаба в истории не было. Таких успехов никто не достигал. Очень интересна идеология программы: тут и оккультизм, и физиология, и много ещё чего. В единстве.

– Я смогу понять? – привычно кратко спросил Мартин.

– Карлос же понимал, – впервые за все эти дни улыбнулся Леран, – Я объясню самое главное, на всю информацию дня не хватит. Я сделал две копии, одну дискету вручу тебе. Комиссия сверху пусть сама разбирается. Карлос не скрывал своего убеждения в том, что идёт по «древней святой тропе». Как и теософы, он считал, что без жертв счастья не достигнуть.

– Он серьёзно занимался оккультизмом?

– Верно. Очень серьёзно. И потерял в сознании ориентиры реальности. Видишь, в его библиотеке и халдейские, и египетские оккультные книги. Он считал, что знает будущее. Как своё, так и человечества. Парапсихология, сатанизм, тайные знания… Знак левой свастики для программы выбран не случайно. Существует где-то центр побольше этого. Научно-технологический… Оттуда шли выбор задач, финансирование, практическое управление.

– Ещё один центр? И посолиднее? – Мартин не скрыл удивления.

– Совсем не исключено. Надо искать… Очень странная библиотека, – Леран жестом руки переключил внимание комиссара на полки у кровати, – Чаще других Карлос брал в руки книгу русского учёного Бехтерева. Вот она. «Внушение и его роль в общественной жизни», – Леран потянулся к полке, снял том и протянул его комиссару, – Бехтерев Владимир Михайлович… Я с ним тут впервые встретился. И увлёкся. Великий был психиатр, мозг рассматривал и изучал одновременно с разных сторон. Бехтерев писал, что наряду с физическим заражением людей болезнями, а техники компьютерными вирусами есть ещё и зараза психическая. О, прошу извинить, при жизни Бехтерева о компьютерных вирусах не знали.

Мартин понял, что Леран желает посвятить его в кухню преступления, творимого, возможно, и после «прикрытия» найденной ими техносистемы, и слушал предельно сосредоточенно. Юноша успел узнать о преступниках больше комиссара полиции, и с этим ничего не поделаешь. К тому же он имеет моральное право быть посвящённым в любые тайны дела…

– «Психическая зараза» передаётся незаметными микробами, увидеть их можно, но распознать, – нет. Они действуют везде и всегда, содержатся в словах, взглядах, движениях людей, в газетах, во всём, что касается человека. Радио, телевидение, нефиксируемое и неулавливаемое излучение спутников… Отпечатки, образы мыслей, слов и вещей… Так называемые эйдосы. По Бехтереву, каждый из людей постоянно подвергается действию психических микробов и потому непрерывно находится под угрозой стать «психически заражённым». Опасность непрерывно растёт, ведь внушаемость, неустойчивость психики усиливается с каждым годом…

– Так вот что означает «Микроб Б»! Я-то думал, почему «Б», а не «А» или эпсилон, – и Эрнест спросил, как выстрелил, без паузы, на одном дыхании, – Барт подвергся заражению таким микробом?! В Мэн-Сити?

Леран продолжил рассказ, не отвечая на вопрос:

– Учёные-фанаты, ты видел их человеческие лица, изобрели разновидность «микроба Б», способную развиваться и действовать по принципу эпидемии. После внедрения он самостоятельно распространяется и ждёт. Ждёт скрытый, нераспознанный. Вскрыть его до начала акции абсолютно нельзя! По определённому сигналу микроб начинает работу. Ему уже не надо размножаться, бороться с антивирусами, он занял свою нишу прочно. Роль спускового крючка может сыграть что угодно: слово с заданной интонацией в телепередаче, строчка в газете, фотография поп-звезды в модном журнале… Самое главное, – предварительно заразить заранее выбранную территорию. Проще, безопаснее и надёжнее это сделать со спутника связи. Скрытным воздействием на электронные средства коммуникации. После нажатия «спускового крючка» начинается цепная реакция. Первый разбуженный микроб активизирует собратьев в ближнем круге, те воздействуют на других… И, – пошло! Микробы больше не нуждаются во внешнем толчке, стимуляции и подпитке. Остановить их невозможно. Скорость распространения, глубину и время действия, – всё поддаётся программированию. В сервере Карлоса есть упоминания о проведённых опытах.

Подверглись нападению народы и страны, Мартин. Несокрушимые режимы валились как колоссы на глиняных ногах. Нации отказывались от тысячелетних традиций и даже привычек! Перерождались…

– Перерождались… Вырождались! – Мартин сказал несколько крепких слов, – Эпидемия, – это когда касается целой страны?

– Верно. Я нашёл в компьютере разработку планетарной программы. Они готовили пандемию. То есть всемирное заражение. Мне одному в деталях этого плана не разобраться. Нет времени и опыта, а массив базы данных громаден.

– Готовили пандемию? Почему же готовили? Ты же сам утверждаешь, – кроме этого, существует ещё минимум один суперцентр. Вижу, нам с тобой придётся несладко. Если суммировать всё… Я удивлён, как легко моя команда нейтрализовала этот рассадник микробов. Или они самоуспокоились, или группа Карлоса выполнила свою задачу и подлежит ликвидации. Так говорит мне интуиция. Как бы нам с тобой, Леран Кронин, не разделить их печальное будущее… Ведь если они стали не нужны, то и всякая память о них излишня и вредна. Не согласен?

Леран согласен с выводами комиссара Мартина, несмотря на то, что минуту назад не думал о таком исходе.

– Эрнест! Есть ли возможность ускорить расследование? Или следствие… И вывезти всех отсюда? Прихватив самое нужное. До прибытия правительственной комиссии или абордажной атаки какой-нибудь мобильной группы уничтожения…