Билет не туда. Фаза 1 (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бойцы, словно разбойники или пираты заволновались, что-то вскрикивая, о чем-то переговариваясь. Нет, эти солдаты уже не будут обычными служащими регулярных войск. Они попробовали кровь врага, и она им понравилась. И мне они нравятся, я такой-же как они, все наше обучение в корпусе призвано сделать нас такими, демонами войны, желающими ее, жаждущими ее кровавой круговерти. Не по команде, а желая окунуться в будущее сражение мы побежали к машинам.

Перед загрузкой разобрали плазмометы. Теперь у каждого было по три ствола: тяжелая плазма, автомат и пистолет. Боеприпасы перераспределили в пользу тяжелого вооружения, сегодня придется разбираться не с живой силой противника, а с техникой, которую пощадит смерч. Нет, солдатам тоже перепадет, но они второстепенные мишени. По плану мы, сидя на "хвосте" стихии прибываем в лагерь врагов, сжигаем то, что уцелело, не разбрасываясь на отдельных солдат и летим в следующий лагерь. Мне больше нравится зачищать позади себя всех, но я согласен, идя за торнадо мы нанесем гораздо больший урон врагу. Так что свой перфекционизм сегодня стоит забыть. Засунуть поглубже, так сказать.

Коридор торнадо представлял из себя плато между двумя цепями гор. Плато было выглажено, как следует из его названия, смерчами. На нем не росло лесов, следовательно, не было укрытий для партизан, и оккупанты, не зная об особенностях местной погоды, разместили там немало своих войск, которые с этими партизанами должны бороться. И много воздушных сил, как аэрокосмических, так и чисто планетарных. Вот по ним-то мы и планировали пройтись, после удара природных сил. На мой взгляд, крайне удачная идея. Сам бы я тоже так поступил, но пока это не мой уровень планирования. До этого мне расти и расти.

Поднявшись в воздух наш отряд пристроился в стороне от маршрута торнадо и в стороне от средств обнаружения врага. Погода быстро портилась, небо над коридором заволокли темные тучи, молнии били в землю, порывы ветра доставали нас — а что было там, где находится эпицентр непогоды? Постепенно темнело, свет закрывали облака, и в отдалении показались первые признаки смерча — от скопления туч потянулись вниз "соски", именно соски, которые не достигали до земли, и слепо обшаривали пространство под тучами. Затем одна из них соединилась с облаком пыли и каких-то обломков у земли. Хобот, теперь хобот, окреп и пошел по коридору. Вокруг образовалось нечто, похожее на чехол из мелкого мусора, а смерч, набирая силу, двинулся по своему маршруту. Он потемнел, стал почти черным, всасывая в себя все, что находилось на земле. Лесов в Коридоре, не было, смерчи не давали вырасти деревьям, максимум кустарники, которые крепко цеплялись за землю. Страшное в своей мощи природное явление неумолимо пошло по коридору уничтожая и калеча все, что могло оторвать от земли и поднять в воздух. Даже наш антиграв потянуло к нему, но водитель удержал машину на месте.

Я завороженно смотрел на торнадо, мои ощущения, чувства терялись при взгляде на такую мощь. Тут лейтенант крикнул в тангенту радиостанции:

Бойцы, идем вслед за ним! Осторожно, не приближаться это не просто смерч, это суперсмерчь, засосет — родная мать не узнает! Пошли, за мной!

Наш лимузин аккуратно двинулся, пристраиваясь в фарватер торнадо. Спустя десять минут мы увидели разорённый лагерь конгеритов. Купола быстровозводимых построек были разметаны, машины валялись как детские игрушки.

Здесь нам делать нечего. Похоже, смерч решил все сделать за нас! — прокричал по рации лейтенант. Шум снаружи машины заглушал его голос. — Но не надейтесь, дальше он потеряет свою мощь, придется поработать самим!

Мы летели вслед. Я подумал, что воздушные элементли, пожалуй, будут послабей этого природного явления. Хотя откуда мне знать? Я их не видел. Смерч продвигался все дальше, поднимая в воздух все, что не было "прибито гвоздями". Да и это отрывал раскидывал, играл, ломал и корежил. Мы летели в отдалении, я рассматривал то, что оставалось после стихии. Внезапно что-то темное быстро пролетело мимо нашего лимузина, смерч не только втягивал в себя все, что мог, но и выкидывал наружу надоевшие игрушки.

Водила, давай осторожнее, не угробь нас, — перекрикивая шум стихии высказался один из солдат.

Не учи ученого, делаю, что могу!

Внизу показался очередной разгромленный лагерь врага. Здесь часть техники смерч не смог уничтожить — десантные платформы оказались ему не по зубам. Слишком тяжелы. Возможно, что-то он им и смог повредить, но стоит перестраховаться — мы прошлись плазмоганами по дюзам, ничего другого ручным оружием просто повредить у них было невозможно. Живой силы врага внизу видно не было, если кто и остался в живых, то только внутри десантников. Под землю враги не стали углубляться, а быстроразборные строения торнадо перемолол в труху. Заодно раскидал и искалечил аэрокосмические машины — сколько их было здесь изначально сказать трудно, но не менее четырех звеньев. Блин, нравится мне такая война, идти вслед смерчу и подчищать его недоработки! Риск минимальный, разрушения — максимальные. Красота!

Несколько минут спустя новая база врага. Воронки, разрушенные здания — здесь явно поработали с орбиты или отбомбились с воздуха, на месте ирмитского аэродрома обосновались, три взлетно-посадочные полосы в заплатах быстро застывающего покрытия, четкий след торнадо по легким сооружениям конгеритов и рядам их летной техники. Как корова языком слизнула — путь смерча по базе, в отдалении относительно целые машины. Между ними фигурки солдат. Винтокрылые машины валяются с поломанными лопастями, аэрокосмические истребители и атмосферники потеряли стройность рядов, стоят уткнувшись друг в друга, но многие целы или могут быть восстановлены. Наши грузовики и лимузин закружили над базой, заливая все внизу плазмой, добавив бегающим фигуркам врага прыти. Я быстро израсходовал первую обойму, перезарядился, дострелял вторую. Тем временем смерч удалился от нас на несколько километров и лейтенант, решив, что здесь мы сделали все, что могли, и сделали достойно, приказал двигаться дальше, догонять фронт удара природной стихии.

Довольно долго ничего достойного нам не попадалось. Изредка перевернутые машины или разорённые мелкие лагеря, не все коту масленица. Потом нарвались на еще одну небольшую базу, торнадо начал терять свою мощь, пришлось снова поработать плазмой. Сожгли остатки двух или трех звеньев атмосферников на небольшой базе. Конгеритов подвело удобство Коридора — базировать здесь летающую технику удобно, если не знать особенности планеты. Веселье продолжалось, хотя оно начало уже немного утомлять. В следующем лагере нас попытались угостить очередью из зенитного пулемета, но мы быстро, в десяток стволов минимум, объяснили расчету, насколько они не правы.

Затягивать описание не хочется, по коридору мы шли часа четыре, уничтожая все что шевелится под нами. Ну все, что заметили шевелящимся. За это время пожгли больше полутора сотен разных летательных аппаратов врага, точно подсчитать невозможно. Сколько уничтожил смерч? Даже не знаю. Немало досталось другой технике врага и живой силе. Под конец нашего рейда смерч ослабел и конгериты начали всерьез огрызаться, в моей машине один из бойцов был серьезно ранен в бедро, хорошо, пуля не задела артерию, а то бы потеряли его. В одном из грузовиков солдата убило случайным попаданием в шею. Лейтенант решил дальше не искушать судьбу, и мы ушли в сторону Черногорья. А то в следующий раз вместо пули можно получить ракету. И главное, наша тактика — укусил и убежал, мы сейчас не регулярная армия.

Рейд прошел хорошо, к концу у меня осталась только одна обойма к плазме, покрошили врагов буквально без счета, но неожиданные потери… Боец, погибший в результате слепой пули. Это сильно загрузило всех. После неудачного первого боя мы обходились без убитых и раненых. Умом каждый понимал, что на войне убивают, но сердцем никто в это не верил. Ведь столько операций и почти без царапин! А вот убедитесь и распишитесь — война со всех спросит. Мы спрятали свою технику, молча добрались до расположения, без особого аппетита съели ужин и легли спать. Честно говоря, меня это не столь сильно угнетало, да и аппетит не испортило — я и раньше сталкивался с потерями, но общее настроение заразило и меня. Хоронить погибшего решили на следующий день, сегодня все были измотаны "погоней за смерчем".

Новое утро было хмурым, похоже вчерашний смерч и сегодняшняя хмарь были связаны меж собой. Там буйство природы, здесь ее недовольство. После завтрака похоронили погибшего вчера курсанта. Я даже имени его не знал. Лейтенант хотел произнести речь, но не пошло у него, он скомкал свое выступление, мы быстро опустили завернутый в ткань труп в могилу, закидали ее землей и поставили над ней доску с именем и датами жизни. Вот так случилось… но больше меня беспокоил свой боец с ранением в бедро. Как оказалось, все заживет быстро, пуля прошла через мягкие ткани, не задев ни чего серьезного. Пара дней и будет как новенький, такие ранения для современной полевой медицины как насморк.

Развязавшись с общественными делами, я снова отправился на тренировку, куда опять приперлись мои товарищи. Которые начали меня уже немного раздражать. Ну могу я поработать с мечом один, без свидетелей? Видимо, где угодно только не здесь.

Лейтенант с капитаном удалились от наших проблем, занимаясь планированием новой операции. Или травя анекдоты. Или обсуждая прекрасный пол. Я не знаю. Но мне пришлось заниматься со своими курсантами самому (слава богу, что старослужащие, отбитые из конвоя, были распределены между Спасом и Энгом. Я бы с ними не справился, покалечил кого-нибудь, не смогут они принять такого юного командира). Приведя себя в порядок, заставил своих подчиненных размяться, поддерживать форму нужно не только мне. Хотел провести пробежку, но вовремя осознал, что не стоит набивать тропинки вокруг нашего лагеря. Тогда мы перебрали плазмоганы, нагара при их работе не образуется, но всепроникающая пыль! Потом я плюнул на свои обязанности — если они совсем идиоты, пусть находят на свой зад самые разнообразные приключения. Я, похоже, пока не готов командованию. Предыдущие случаи были кратковременными: принял подразделение, провел минимальное слаживание, операция, сдал командование. Здесь иначе, приходится встраиваться, тянуть лямку. Подчиненные быстро рассосались кто куда, а я пошел править меч и успокаивать нервы.

Позаниматься мне этим не дали, вызвали под светлы очи лейтенанта. Конкретных целей он пока не смог найти и решил поинтересоваться нашим мнением на предмет дальнейших действий отряда. Я ничего предложить не мог, не знал я что нас окружает, и куда приложить силы. Энг предложил отправиться в предместья северной столицы планеты, до которой около пятиста километров, там мы врагов точно найдем. Вариант был отклонен без объяснения причин, хотя они были понятны и так. Спас предложил более интересное решение. Простое и очевидное, это должно было прийти в голову мне или офицерам. Прогуляться к порталу и посмотреть, что там делают эти мерзавцы. Ведь по идее, коронные силы уже должны прийти к нам на помощь. Может быть причина отсутствия подкреплений кроется именно там? Предложение хорошо тем более, что до портала не так далеко. Всего пара сотен километров. На нашем транспорте максимум полчаса. Похоже наших командиров идея зацепила, и они, отпустив нас остались ее обсуждать.

Энг придумал как нам повысить результативность стрельбы. Пока подземный проход мы не используем по назначению, в нем можно установить мишени и тренироваться в стрельбе. Так мы и сделали, при чем я с удовольствием бил по мишеням вместе с бойцами. С одной стороны, мне и в самом деле нравилось стрелять, с другой, это реально не помешает. Да и понравилась мне стрельба из штурмовой винтовки. Кто-то из бойцов притащил трофейное оружие, попробовали пострелять из него. После ирмитского автомата — полный отстой. Постоянные перекосы патрона, при стрельбе очередью, ствол уводит вверх и в сторону, очень чувствителен к минимальному загрязнению, что удивляет при такой грубой работе. Трофейные патроны быстро кончились, и мы перестали терзать вражескую машинку. Переходить на него можно только в самом крайнем случае, отвратительное оружие, не понятно, почему принятое на вооружение и продержавшееся в армии врага несколько столетий. Если бы я не знал, что военнопленные темной империи довольно легко ассимилировались, предположил бы, что их разум деградировал до уровня социальных насекомых. Но, похоже, деградировали именно социальные взаимоотношения, когда армия не могла донести до промышленности свое мнение о поставляемом оружии. Судя по всему, обратная связь происходит в обществе конгеритов исключительно через верхушку — жрецов, а они управляют потоками информации как им темный бог на душу положит. А именно никак. Пока система со скрипом работает, него в ней что-то менять. Кстати, мои наблюдения над техникой врага — его десантными ботами и броневиками, с "картонной" броней говорят о том же. Касте жрецов абсолютно наплевать на низшие страты общества. Единственное, что непонятно в этой системе — экспансионизм Империи, зачем это жрецам? Сталкиваясь с иными культурами, цивилизациями подданные Империи неизбежно получает информацию о других способах соорганизации общества, о других, более прогрессивных технологиях, о том, что можно жить без жрецов, и жить гораздо лучше. Это крайне опасная информация, которая может взорвать их социум. Зачем вести экспансию, когда она смертельно опасна для системы? Не знаю. И вряд-ли узнаю — это могут рассказать только жрецы, а они в плен не сдаются. И не хочется их брать в плен (как будто у меня была такая возможность!), слишком противна их эмоциональная сфера, грязь, жестокость, ненависть пропитывает ее. Они отвратительны и достойны только смерти. С моей точки зрения. А она, для меня, самая правильная.

Придя к единому мнению, офицеры вышли к народу.

В общем так. — сказал Чжен. — Три дня на отдых группам Вика и Спаса. Приходите в себя, восстанавливаетесь. Группа Энга сейчас на целом грузовике с антигравовом отправляется к складу с оружием и боеприпасами, загрузив его по максимуму привозит сюда обоймы к плазме, ланчеры с ракетами, это в первую очередь. Ну и до кучи заряды к автоматам. Пока в воздухе должно быть спокойно, после смерча и нашей операции вблизи у врага воздушной техники не должно быть. А сойти с орбиты, не слишком простое и быстрое дело, думаю сможете обернуться безопасно. Точку приземления я вам обозначу, оттуда придется все тащить на себе. После чего тоже приступаете к усиленному отдыху, перемежаемому хозяйственной деятельностью. Мы не планируем здесь оставаться на долго, но минимальные условия для жизни оборудовать необходимо. Этим и займетесь. Второе, но даже более важное — оборонительные позиции. Это тоже ваша задача. Вопросы есть? Нет. Разойтись.

Таким образом, наша жизнь, вчерне, определилась на ближайшее время. Враги могут внести коррективы в нее, но будем надеяться, до этого не дойдет.

Отдых прошел незаметно. Тренировки, стрельбы, занятия, сытная и вкусная еда — не пайки, что самое важное. Ребята из группы Энга слетали за боеприпасами и дополнительным вооружением исключительно удачно — вовремя, уже на следующий день над нами начали регулярно пролетать вражеские летательные аппараты. Видимо, воздушная разведка пыталась найти наш отряд, но в основном они пролетали много южнее, нам удалось их обмануть, устроив лагерь в редколесье, где, казалось бы, спрятаться практически невозможно. Единственное, что расстраивало, до портала придется идти на своих двоих, слишком большой наглостью с нашей стороны будет использовать антигравы, засекут и собьют однозначно. Насолили мы им изрядно.

А я нашел для себя новое увлечение. Ночное небо Ирма. Наблюдать за ним оказалось крайне увлекательным занятием! Вроде почти ничего не меняется — только крайне медленно смещаются по орбите или уничтоженные врагом планеты сателлиты ПКО, или корабли флота вторжения. Но какая красота! Всякий раз на ночных дежурствах я вглядывался в эти глубины. Или высоты? Звезды, мерцающие, как мне объяснили не сами по себе, просто атмосфера так влияет на их свет. Язон сказал, что на поверхности планеты звездное небо — это фигня, чтобы насладится им по полной, нужно смотреть из безвоздушного пространства. Правда, в этом случае звезды выглядят несколько пугающе, добавил он. Кроме простого наблюдения за небом размышлял я и о том, что где-то там, среди этих сверкающих блесток, находится родная планета конгеритов. С которой нам как-то нужно разобраться, если мы хотим прекратить эти нашествия. Если космические путешествия нам неподвластны в этой вселенной, может быть удастся построить портал туда? Но для этого на их планету нужно попасть, и попасть туда должен не абы кто, а мастер порталов. И как врагов уговорить привезти на свою планету такого специалиста. Бесплодные мечтания, как и рассматривание звездного неба.

Утром третьего дня, нагрузившись боеприпасами и пайками две наши группы под командованием лейтенанта отправились по подземным коммуникациям недостроенного города энергетиков на его противоположную сторону, подальше от нашего лагеря. Два с половиной часа в техногенных пещерах, и мы выбрались из подземелья на берегу небольшой реки. Форсировать ее не было необходимости — русло вело в сторону нашей цели, к недействующему сейчас межмировому порталу. Пока наш путь был несложным, ближе к одному из важнейших транспортных узлов планеты лесов и перелесков будет меньше, придется пробираться по открытой местности, в лучшем случае по улицам агломерации, возникшей вокруг портала. Меня Чжен отправил в передовое охранение, рассчитывая на то, что мне уластся засечь врагов своими методами. Плюнув на маскировку, я расстегнул капюшон комбеза — здесь чувствительность важнее незаметности. Да и не сталкивался я пока с конгеритами, способными тонко чувствовать окружающее. Разве что жрецы, но и они, кажется, обладают совсем иными умениями.

Первый день прошел спокойно, двигаясь вдоль русла прозрачной, играющей бликами на перекатах речки мы прошли запланированные километры, нашли подходящее место для отдыха и завалились спать. Меня лейтенант освободил от дежурства. За что я был ему премного благодарен — постоянно сканировать пространство тяжело. К вечеру я ощущал, что мой бедный мозг размягчился и готов вылиться через уши, ноздри и другие отверстия в черепе. Наутро все продолжилось, но ко второй половине дня мы вошли в один из городов спутников мегапоселения, образовавшегося вокруг портала. Идти здесь было сложнее, я постоянно ловил засечки людей, которые прятались в городе, это были не враги, в большинстве своем, обычные граждане, которые, как не странно, боялись нас. Вроде бы ирмитская форма, но они совсем не стремились близко познакомиться с вооруженной группой людей. Возможно, боялись мародеров, которые должны были появиться после разгрома армии. Да и мы сами не спешили пересекаться с ними. Выжившие под бомбежками и нашествием ночных охотников, они не были теми людьми, с которыми приятно пообщаться. Нас они могли воспринять исключительно как соперников в борьбе за ресурсы. А это сейчас вовсе не то, что нам нужно, перед нашим отрядом стоит конкретная цель, и мы должны ее достичь. Общаться будем потом. Но подумать об увеличении численности отряда стоит, об этом, на очередном привале я сказал лейтенанту. Он принял к сведенью. Ни да ни нет.

Постепенно мы углубились в кварталы, которые были разрушены орбитальной бомбардировкой или ударами с воздуха. Пробираться стало сложнее, кое где приходилось обходить развалины, пару раз даже снова спускаться в подземные коммуникации, обходя разрушенные кварталы. Тягостное зрелище. Приметы мирной жизни, пластиковые ведерца от сладостей и мороженного на площадях, детские игрушки и пластиковые пакеты, припорошенные пылью, запах разложения из подъездов и входов в магазины. Следы войны повсюду, воронки, руины, выгоревшие скелеты домов.

Неожиданно я почувствовал, впереди группа людей, которые не собираются отступать в развалины, они засекли нас и ждут. Предупредил лейтенанта, мы собрались и более осторожно двинулись дальше. Метров за сто до точки контакта основная группа бойцов рассредоточилась, а мы с командиром осторожно пошли вперед. Встречающие не фонили излишней агрессией, ощущение, как от стаи собак, которые заметили на своей территории соперников и пока не знают, что будет дальше — грызня за территорию или мы просто мирно разойдемся. Выйдя на нетронутый разрушением пятачок, мы остановились в ожидании, демонстрируя, что "вас мы заметили, ждем ваших действий". Несколько минут спустя из развали перед нами вышел человек среднего возраста в замызганной армейской одежде. Техник или командир боевой машину, судя по офицерским погонам.