НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 4 (1966): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Пожалуйста!.. Ну, пожалуйста, уступите… мне… нам… Она нам страшно нужна.

– Странная молодежь! - сурово отчеканила старуха. Улыбнувшись неожиданной догадке, спросила: - Для свадебки?! Да ты не красней, дело житейское…

Выбив чек, Люстиков остался сторожить щуку, которая металась по пустому аквариуму, а Оленька побежала черездорогу в хозяйственный магазин покупать ведро.

В лабораторию рыбу несли медленно и осторожно; чтобы не перевозбудить ее солнечным светом, Люстиков прикрыл ведро собственной шляпой.

Усыпив щуку электронаркозом, Люстиков закрепил ее в специальной ванночке. Когда он прилаживал мыслесниматель, руки нервно вздрагивали.

Оленька стояла наготове у приборной доски.

– Локатор! - шепотом скомандовал Люстиков.

– Есть,локатор! - почтибеззвучноотозвалась Оленька.

На голове рыбы засветилась длинная, ветвящаяся, как жилки листа, линия: это локатор осветил извилину, по которой сейчас, как поезд по рельсам, заскользит мыслесниматель.

– Включаем мыслесниматель! Включаем трансформатор! - отрывисто командовал Люстиков.

– Есть… Есть.. - отзывалась Оленька. Слышалось, как щелкают ключи и ручки управления.

Часть извилины, "отработанная" мыслеснимателем, гасла. Люстикову припомнилось: давно, в детстве еще, он стоял близ Батуми на краю виноградника, а мимо, вдоль шпалер плантации, двигались сборщицы. Там, где сборщица прошла, вот так же оставались "погасшие" голые кусты, а дальше шпалера горела на солнце янтарными плодами.

– Громкоговоритель! - скомандовал Люстиков. Оленька включила рубильник. Замигала сигнальная лампочка. Несколько секунд слышались потрескивания и шорохи; на этом звуковом фоне до удивительности пронзительно зазвучало:

– Я хочу съесть карася… Я хочу съесть карася… Люстиков и Оленька, взглянув друг на друга, улыбнулись.

– Историческая минута! - шепнула Оленька. Люстиков смущенно пожал плечами. Впрочем, ему и самому казалось примечательным то, что впервые удалось непосредственно трансформировать в слова мысль живого существа. "Если бы вдруг тут появился Булл", - подумал он умиленно.

Мыслесниматель скользил по извилинам. Из репродуктора доносилось одно и то же: "Я хочу съесть карася… я хочу съесть карася", порой фраза сливалась в одно слово:

– Яхочусъестькарася… Яхочусъестькарася…

Только теперь Люстиков воспринял смысл странного словосочетания и мог оценить угнетающее однообразие щучьей мысли.

– Яхочусъестькарася!.. Яхочусъестькарася, - настойчиво повторял громкоговоритель.

Улыбка сошла с лица Люстикова.

– Чем вы расстроены? - спросила Оленька, хотя сама чувствовала непонятную печаль.

– Не знаю… Может быть. Булл ошибается? Я в то смысле, что под плоскими крышами всё так же плоско!

Оленька не сразу ответила. Хотелось успокоить Люстикова, но она не могла найти слов, чтобы они был правдивыми и утешительными. Наконец она с трудо выговорила:

– Но это же щука, Григорий Соломонович, дорогой! Щука, а не корова, и не человек…

Словно не слыша или не принимая ее утешений. Люстиков сказал:

– Если старина Булл неправ, вся работа бессмысленна.

Про себя он подумал: "Вероятно, у Гитлера фонограмм звучала бы схоже: "Я хочу убить…", "Я хочу сжечь… ", "Я хочу убить…" И у всей лагерной фашистской сволочи тоже: "Я хочу жрать и хочу травить людей собаками… ", "Жрать и травить людей…"

– Зачем делать слышимой спрятанную подлость, ее и так хватает! - словно советуясь с самим собой, проговорил Люстиков. Оленька молчала.

– Я хочу съесть карася… Яхочусъестькарася…

Резким поворотом диска управления Люстиков повернул локатор. Щуп мыслеснимателя выскочил из извилины как лемех из борозды.