– Я… Мотя, как они могут?
– Что?
– Если бы про нашего короля…
– Дай догадаться? Повесили бы режиссера?
– Нет. Колесовали после пыток.
Матильда от души фыркнула.
– Лучший метод критики, про который я слышала. И так снизит число бездарностей… Малечка, у нас – демократия. То есть шавка может лаять что хочет, пока не подвернется под ноги слону. Ну… под карету герцога, чтобы тебе было понятно.
– Это же ужасно!
– Почему?
– Ну… о царе… так…
– Знаешь, пару веков тому жил у нас один царь. Имени не помню… так вот. В кабаке солдат напился, орал, что плевать на царя хотел и прочее…
– И что с ним сделали?
– Царь распорядился выпустить его из тюрьмы и передать, что он тоже на солдата плевать хотел.[19]
– У нас не так…
– А у нас вот – так…
Матильда и не ожидала такого эффекта. Но Малена где-то внутри вдруг разразилась слезами.
– Малечка! Ты что?
– Мотя. Ты просто не понимаешь, какие вы счастливые…
– Разве?
Вот Матильда в этом сомневалась, и сильно.
– Ты можешь работать, жить одна, содержать себя и не стать продажной девкой, да и к этому у вас иначе относятся, ты можешь говорить, что хочешь, спокойно ходить одна, поехать в другой город…
– На все есть ограничения.
– А у нас этого нет. И никогда не будет, никогда! Я просто не доживу… и замуж ты можешь выйти спокойно, за кого захочешь…
– И вляпаться, как моя мать.
– Думаешь, у нас так не бывает?
Матильда и не сомневалась. Еще как бывает!
– Меня могут просто прибить…
– Но и меня – тоже?
– И у вас мужчина – не просто буква «М» в анкете и туалете…
– А у вас таких нет?
[19] Кому интересно – погуглите Александр III и Орешкин (прим. авт.).