Ноги гравера подкосились, и он упал на пол, опустошенный и мертвый.
Хищник заперся в спальне своего особняка и снова улыбнулся, вспоминая.
Все еще улыбаясь, он обвел кружком дату на настенном календаре.
— Эй, Долорес! — по-испански крикнула мать. — Ты собираешься весь день там торчать?
Девушка практиковала перед зеркалом соблазнительную улыбку в духе Лорен Бэколл: веки чуть опущены, уголки губ чуть приподняты. Она выскочила из ванной и закричала по-английски:
— Сколько раз я тебе говорить не называть меня это латино имя больше!
— Долли! — насмешливо произнесла мать. — Даали! Это в честь кого, а? Кто-нибудь видывал святую Даали?
Девушка бросила матери непристойное испанское ругательство и побежала вниз по лестнице многоквартирного дома. Господи Иисусе, сегодня она точно опоздает!
Путь к остановке трамвая преградил поток машин. Она пританцовывала от нетерпения. И тогда случилось чудо. Совсем как в кино, рядом с ней остановился большой кабриолет и праздно ехавший куда-то водитель спросил, распахивая дверцу:
— Вы, кажется, торопитесь. Вас подвезти?
Ошеломленная внезапным исполнением всех мечтаний, она не забыла наградить водителя улыбкой — веки чуть опущены, уголки губ чуть приподняты.
— О, спасибки! — сказала она и села в машину.
Не Кэри Грант, но все волосы при нем… невысокий, но и она сама тоже и… Господи Иисусе, сиденьях леопардовые чехлы.
Автомобиль влился в поток машин и, урча мотором, понесся по улице.
— Какой чудесный день, — произнесла девушка. — Слишком хороший для работать.
Водитель застенчиво улыбнулся, точь-в-точь как Джимми Стюарт, только, конечно, он не был таким высоким.
— Меня и самого подмывает прогулять работу. Не хотите съездить на Лонг-Айленд?
— Быть замечательно!
Кабриолет свернул влево, в улицу под нечетным номером.
— Прогулять, вы сказали. Где вы работать?
— В рекламе.
— В рекламе!
Долли хотелось отвесить себе оплеуху. Как могла она сомневаться, как смела думать в тяжелые, полные презрения к себе минуты, что ничего у нее не получится, что она выйдет замуж за бакалейщика или механика и всю жизнь проведет в зловонном многоквартирном доме и там состарится и будет больной и сутулой. Мельком, в счастливой дымке, ей подумалось, что могло было быть и лучше, но и это было достаточно классно. Рекламный бизнес, леопардовые чехлы… чего еще может хотеть девушка с соблазнительной улыбкой и милой фигуркой?
Пока они ехали по Южному берегу[6], она узнала, что его зовут Майкл Брент. Что-такое она и ожидала. Ей страшно хотелось сказать, что ее зовут Дженнифер Браун или назвать еще какое-нибудь по-настоящему классное современное имя. Она воспряла духом, когда он сказал, что «Долли Гонзалес» — очень красивое имя. Правда, он не добавил: «Самое красивое, что я когда-либо слышал!», и она это отметила. Он скажет это позже, утешила она себя, поудобней устраиваясь на сиденье.
Они перекусили в Медфорде[7] в чудесном маленьком ресторанчике, где были ступеньки вниз и на столах горели свечи. Она называла его «Майкл», а он ее — «Долли». Еще она узнала, что ему нравятся смуглые девушки, что в журнале «Правдивые истории» все истории, по его мнению, правдивы, что рост у нее в самый раз, что Грир Гарсон[8] чудесна, но и она не хуже и что платье на ней просто замечательное.
После Медфорда они ехали медленно, говорил в основном Майкл. Он объездил весь земной шар. Был ранен на войне — пустяки, навылет. Ему тридцать восемь, он был женат, но жена умерла. Детей нет. В мире он совсем, совсем один. Ему не с кем разделить особняк в районе пятидесятых улиц, имение в Вестчестере[9], охотничий домик в лесах Мэна. Каждое его слово все выше вздымало девушку на волнах восторга. Все признаки были налицо.
На закате они добрались до Монток-Пойнт, последнего песчаного клочка континента — дальше тянулся океан, а за ним Европа. Громадное складчатое полотно пурпурных и розовых тонов скрывало полнеба, над темными водами искрились первые звезды.
Они вышли из машины и ступили на песок, одни в чудесном техниколоре заката. Ее сердце едва не разорвалось от радости, когда Майкл спросил, сжимая ее в объятиях:
— Дорогая, ты выйдешь за меня?
— О да, Майкл!.. — выдохнула она, умирая.
[6] …Южному берегу — побережье Атлантического океана в Лонг-Айленде; иногда «Южным берегом» называют всю южную часть Лонг-Айленда.
[7] …Медфорде — Медфорд — юго-западный район города Брукхейвен в штате Нью-Йорк.
[8] …Лорен Бэколл, Кэри Грант, Джимми Стюарт, Грир Гарсон — знаменитые голливудские кинозвезды.
[9] …Вестчестере — Речь идет об одном из округов штата Нью-Йорк.