Амелия. Сердце в изгнании: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Софи де Латур увлекла ее за собой из вестибюля вокзала к внушительного вида карете с широкими, наполовину опущенными окнами. Карета была запряжена четверкой сильных белых лошадей. Какой-то подросток держал одну из них за уздечку.

– Садитесь скорее, Амелия. Я, чтобы не опоздать к прибытию поезда, приехала на час раньше. Должно быть, я кажусь вам несдержанной, но я по-настоящему счастлива, да, по-настоящему. Ох… счастлива и бестактна. Я забыла о постигшем вас горе.

– Вы не должны винить себя в этом, мадам. Я хочу, чтобы вы знали: ваша радость придает мне сил.

– Это очень мило с вашей стороны, Амелия. Я чувствую, что мы с вами найдем общий язык. Но, главное, повторюсь: не обижайтесь на меня за то, что я такая взбалмошная. Если бы меня сопровождал мой супруг, он наверняка посмеялся бы надо мной. Получив телеграмму от ее светлости, я едва не потеряла сознание. Ведь ее так следует называть? Поверьте, душа моя: наиболее ценны для меня воспоминания о мгновениях визитов к императрице во время ее пребывания в Нормандии. Я в подробностях опишу вам, при каких обстоятельствах меня представили императрице. Ах да, ваше путешествие прошло благополучно?

Оглушенная обрушившимся на нее потоком слов, Амелия довольствовалась сдержанным кивком. Даже если бы у нее возникло желание ответить Софи де Латур, у нее не было бы такой возможности.

Двадцать минут спустя карета катилась по мостовой, сопровождаемая хором скрипов колес и стуков подкованных железом копыт. Одна из лошадей пронзительно заржала и, ударив копытом о землю, пустилась крупной рысью, увлекая за собой своих сородичей. Сумку Амелии кучер привязал к запяткам кареты.

Наконец маркиза замолчала, удовлетворенно вздохнув: красота баронессы фон Файрлик превзошла все ее ожидания. К тому же она бегло говорила по-французски, и это было еще одним ее достоинством. Софи представляла ее более заурядной, но теперь, увидев, что Амелия очень красивая и утонченная женщина, маркиза ликовала. Лишь об одном она сожалела.

«Жаль, что она носит траур! Господи, черный цвет ей совсем не к лицу…» – сетовала маркиза.

– Ваше поместье находится далеко от Сента? – неожиданно спросила Амелия.

– Нам предстоит находиться в пути два часа. Мы пересечем Коньяк, очень приятный город. Я покажу вам самые выдающиеся памятники архитектуры.

– Коньяк? Город назвали так именно благодаря о-де-ви, напитку, безупречной репутацией которого хвасталась мадам Фештетич?

– Скорее наоборот: город дал свое название этому божественному напитку, сделавшему наш край процветающим. Но прошу вас, Амелия, расскажите мне немного об императрице, да, расскажите мне о Ней, «Она» всегда с большой буквы: именно так я мысленно обращаюсь к императрице в своих письмах. Она – самая красивая женщина Европы, а еще – одна из лучших наездниц. Знаете, в Нормандии, во дворце Сассто, я видела, как она ездит верхом. О визите императрицы говорили все, однако приближалось лето, а она все не приезжала. Я умолила Эдмона отложить наш отъезд – не хотела упустить возможности увидеть императрицу Австрии. Она арендовала замок под именем графини Гогенембс, однако все знали, кто на самом деле должен был там остановиться. Наконец на императорском поезде прибыли императрица, ее дочь, Мария Валерия, и около семидесяти слуг.

– Наверное, ее приезд стал для этого края особо значимым событием, – заметила Амелия.

– Да, и мне удалось добиться того, чтобы меня ей представили. Однако об этом я расскажу вам позже, после ужина. Вы очень бледны, моя милая, да и в вашем положении, господи… Я совсем об этом не думаю: вы такая стройная. Может быть, вас беспокоит дорожная тряска?

– Нисколько, мадам. Естественно, я устала, но слушать вас, знакомиться с вашим прекрасным краем виноградников – истинное удовольствие. Я ничего не знаю о Франции.

– «Край виноградников»… Слышать эти слова, произнесенные с вашим очаровательным акцентом, очень приятно. Полагаю, вам преподали хороший урок, – пошутила Софи. – Что же, а сейчас – немного географии. Мы находимся в Шаранте, департаменте, пересекаемом одноименной рекой. Смотрите, мы въезжаем в Коньяк.

Амелия с улыбкой созерцала широкую платановую аллею. Построенные из белого камня дома, фасады которых по большей части были украшены резными фризами, выглядели богатыми и радовали глаз, хотя и сильно отличались от венских. При мысли о родном городе, об Австрии перед внутренним взором Амелии пронеслось видение: могила, усыпанная белыми цветами. Ей пришлось приложить усилия, чтобы сдержать подступающие к горлу рыдания.

– Простите меня, мадам, – пробормотала она.

– Не извиняйтесь, Амелия. Кто осмелился бы упрекнуть вас в меланхолии?

Карета катила вдоль набережных Шаранты. Над быстро несущимися зеленоватыми волнами летал зимородок. Внушительные городские стены и две массивные круглые башни возбудили любопытство баронессы. Маркиза заметила заинтересованность Амелии и поспешила дать ей пояснения:

– Это развалины замка Валуа, в роду которых появился на свет Франсуа Ангулемский, будущий король Франциск I. Когда-то здесь бурлила жизнь. Только что мы проехали мимо старинной соляной гавани, находящейся в конце улицы Сольнье. Я сочту за честь показать вам старинные улочки, которые притаились неподалеку. Я попрошу супруга или отца сопроводить нас. Там можно увидеть очень старые и живописные фахверковые дома. Увы, им уже сотни лет и они могут рухнуть.

– Я была бы очень рада все здесь осмотреть, – отозвалась Амелия.

Свежий воздух был пропитан опьяняющими ароматами. Она решилась уточнить:

– Это река Шаранта?

– Да, моя милая. По мере приближения к океану она становится все шире и шире. Вы быстро привыкнете к нашему климату. В этих местах хорошая погода даже в холодную пору. Здесь вы отдохнете от австрийских зим. И потом вы увидите, какая здесь чудесная осень…

3

Поместье Бельвю

Амелия на мгновение закрыла глаза. Эти два слова – австрийские зимы – ранили ее в самое сердце. Карл впервые поцеловал ее, когда крыши Вены устилал снег, а наедине, в доме у Карла, они оказались в день Эпифании[9].

Молодая женщина будто снова почувствовала на своих губах жгучую ласку губ Карла, а на груди – его руки. Они играли с огнем страсти, и ничто не могло бы воспрепятствовать их любви.

«Господи, зачем ты отнял его у меня? Мы были молоды, влюблены, помолвлены!» – подумала она, дрожа, как при сильном ознобе.

Софи де Латур сочувственно взяла ее за руку. Она понимала, насколько глубока скорбь Амелии, поэтому не нарушала молчания.

[9] Современное название – Богоявление, или Праздник волхвов. Отмечается Римско-католической церковью 6 января. (Прим. пер.)