— Прощай, жена, прощайте, детки, пойду утоплюсь. Приходит мужик снова на прежнее место топиться. А старик говорит ему:
— Что ты задумал, мужичок, сам топишься, а дети с голоду умирают?! Не топись, вот тебе барашек.
— Что же я буду делать с барашком?
— А ты скажи: «Тряхнись, барашек»,— будет тебе золото, другой раз тряхнется — будет серебро, тряхнется третий раз — будут тебе бумажки.
— Благодарю, батюшка!
Поблагодарил его и пошел. Выходит на дорожку старушка. — Иди ко мне на ночь: накормлю я тебя, напою и спать уложу.
Вошел он к ней. Дала ему старушка поужинать, уложила спать, а барашка подменила. Приносит мужик домой хозяйке барашка.
— Ну, слава богу, теперь будем с деньгами!
А она свое:
— Мучитель ты мой, замучил ты меня!
Уже совсем не верит ему. Поставил мужик барашка на стол. — Тряхнись, барашек!
Я он стоит, как стоял.
— Хозяйка, не плачь: пойду утоплюсь.
Приходит на то место, лезет в воду. Слышит голос:
— Зачем ты в воду лезешь?
— Дети с женой с голоду умирают.
— Не топись, мужик, на тебе черемшинку.
— Что же я буду делать с этой черемшинкой?
— Там, где ты заночуешь, скажи: «Черемшинка, развернись!» Отдадут тебе и барашка и скатерть, хоть и будут они за двенадцатью замками, за двенадцатью дверями.
Опять идет мужик мимо старухи. Она его зовет:
— Заходи ко мне. Я тебя и накормлю, и напою, и спать уложу.
Лег он спать, а старуха положила ему простую черемшинку.
Встает мужик:
— Бабушка, это не моя черемшинка.
— Что ты, с ума спятил? Твоя.
А он свое:
— Нет, не моя!
И закричал мужик громким голосом:
— Черемшинка моя, раскатись-развернись!
Откуда ни возьмись двенадцать молодцев и давай замки и двери ломать; замки посбивали, двери разломали, стали эту бабу бить, били-били, чуть насмерть не убили.