— Что ты,—кричит пан,— сварить меня хочешь? Как раз, полезу, жди... Ты сначала своего мужа-хама отправь в котел, если ты такая умная. А я после...
— Пусть сначала лезет мой муж, если ты не хочешь быть молодым. Сам потом пожалеешь...
Послал пан своих слуг за батраком. Привели его из погреба. Стоит он, трясется, не знает, что с ним будут делать.
— Лезь в котел,— говорит ему пан,— молодым станешь. Жена твоя богоданная приготовила для меня эту баню. Попробуй сунься сначала ты...
Заплакал батрак.
— Лезь, не бойся,— говорит ему жена,— будешь здоров и невредим.— Дала она ему в руку свой перстенек. Бросился батрак в котел, три раза окунулся в кипящую воду и выскочил из котла таким молодым, пригожим, что налюбоваться невозможно. Зависть одолела пана. Бросился и он в котел, а вылезти обратно не может. Так и сварился в котле. Поганые останки его собакам выбросили.
НАРЕЧЕННЫЙ ОТЕЦ
Остались без отца, без матери три брата. И не было у них ни кола ни двора. Вот и пошли они по белу свету счастья искать. Идут и все думают: «Вот бы посчастливилось к хорошим людям в работники наняться?» А тут как раз старичок навстречу попался, седенький такой.
— Куда, детки, путь держите?
— В работники наниматься идем.
— А разве своего хозяйства нет?
— Нет,— отвечают братья.-— Если б хороший человек в работники нанял, мы честно трудились бы, слушались его, как дети родные.
Подумал старик и говорит:
Ладно. Будьте моими сыновьями. Только слушайтесь, тогда я вас научу, как на белом свете по правде жить — без лжи, без обмана.
Согласились братья. Пошли за ним. Идут, идут, глядь среди вишневого сада хатка стоит. Нарядная такая. Цветы вокруг цветут. Выбежала на крыльцо девушка. Пригожая, красивая. Взглянул на нее старший брат.
— Ох, если б мне красавицу эту, да быков пару, да корову — хорошо было бы!
Отец нареченный поглядел на него и говорит:
— Хорошо, сынок. Будет у тебя невеста. Будут быки и корова. Живи себе счастливо, но правду не забывай.
Сосватали они девушку. Свадьбу сыграли. И старший брат остался хозяйствовать в своей хатке.
А старик с младшими сыновьями дальше пошел. Идут, идут. Опять у дороги хорошенькая хатка стоит. Около нее мельница крыльями машет. А у хатки девушка сидит, что-то вяжет. Работящая, видно. Взглянул на нее средний брат.
— Ох, если б она за меня замуж вышла да мельницу в приданое дали! Я бы мельником стал, всегда хлеба было бы много.
А дед ему и говорит:
— Ладно, сынок, быть по-твоему.
Вошли они в хату. Сосватали девушку. Свадьбу сыграли. Оставил дед сына жить в приймах.
— Ну, сынок, будь счастлив, но гляди правду не забывай.
И пошли старик с младшим сыном дальше. Идут, идут и видят:
хатка стоит убогая такая. Вышла девушка, красавица писаная. А в хатке насквозь дыры светятся. Меньшой брат взглянул на девушку:
— Ох, если б она за меня замуж вышла! Работали б мы дружно, хлеб добывали и о бедных никогда не забывали: всем бы с ними делились.
Взглянул старик на него.
— Ладно, сынок, быть по-твоему. Только гляди ж о правде не забывай!