Подумал господь: «Что ж, сотворил я небо и землю, нужно и людей сотворить».
Вот сотворил он Адама, да и отлучился, не хватило ему материалу на дальнейшее творение. Но боясь, что нечистый дух осквернит человека, вылепил бог «обаку» и приставил ее охранять Адама.
— Не подпускай никого к моему творению, покуда я не вернусь!
Только бог ушел, а уж нечистый тут как тут.
— Пусти меня, обака, к Адаму!
Не пускает обака, лает. А сатана опять: пусти да пусти, а не то я тебя заморожу! —И нагнал он на обаку холоду, а та съежилась вся, дрожит (она была голой и холода очень боялась). — Пусти меня: я тебе шубу дам!
И допустила обака нечистого к человеку, сатана же за это ее шерстью покрыл, а потом оплевал, обхаркал, обгадил созданного богом человека и ушел как ни в чем не бывало.
Между тем возвращается господь.
— Что это, обака, уж не согрешила ли ты? Откуда на тебе такая шуба?
— Грешна я перед тобой, господи,— отвечает обака,— смутил меня сатана.
Вот оттого-то, что обака божьего повеления ослушалась, ее и собакой с тех пор называют и в церковь не пускают, а кошку (она в этом грехе неповинна) частенько запирают даже в алтаре — ловить мышей.
Дьявол случился тут поблизости. Бог и спрашивает:
— Как ты смел,— говорит,— нечистый дух, мое творенье осквернять?
— Не изволь, господи, беспокоиться, я сделал все, как надобно.
— Как так?
— А очень просто: возьми ты этого человека да выверни его наизнанку, — вся скверна и окажется внутри. Когда же от той скверны станет одолевать человека кашель, то он перво-наперво о тебе вспомнит: «Ох ты, — скажет,—господи, какой кашель!»
А потом уж, как плюнет да ногой разотрет, и меня, грешного, помянет: «Тьфу, нечистая сила, вот ведь привязалась!..»
Как черт посоветовал, так бог и сделал. А тут нечистый возьми да и скажи:
— А если человек будет здоров, он не то что меня, но и тебя, господи, забудет!
С той поры у человека и бывает кашель.
СОТВОРЕНИЕ МИРА
Дьявол влез в лебедя и хотел подмять под себя бога (земли-то еще не было, — бог только собирался ее творить,— а кругом было одно море, вот по морю и плавал лебедь-черт, и бог ходил по водам).
Не удалось, однако, нечистому подмять под себя бога, а сам он застрял в лебеде и никак ре мог из него выбраться. И взмолился он богу:
— О господи боже, выпусти меня на волю!
— Достань мне песку со дна морского, тогда выпущу! — отвечал бог,— а как его добыть, я тебя научу. Как нырнешь на дно и наберешь песку полный нос, скажи: «Господи, благослови». А остальное уж мое дело.
Один раз нырнул дьявол на дно морское, набрал в нос песку сколько мог, но покуда вынырнул — весь песок у него из носу водой вымыло.
— Да ты скажи: «Господи, благослови!», а иначе не вынесешь. В другой раз нырнул дьявол в бездну морскую, набрал песку больше прежнего, а наверх не смог вынести.
— Ну и чудной же ты! Ведь говорил же я тебе, что не донесешь, пока не скажешь «Господи, благослови!»
Тогда нырнул дьявол на дно в третий раз, набрал песку полный нос, перекрестился и хотел сказать «Господи, благослови!», но не договорил, сказал только: «Господи, бла...»—и все, дальше говорить посовестился.
Но песок наверх, хоть и не весь, а все-таки вытащил, часть отдал богу, а часть утаил. «Что бог станет делать с этим песком,— думает себе,— то и я».