— Как Дэвид может быть моим сыном, если я предохранялся?
— Ты не предохранялся.
— Откуда тебе известно, черт побери? — спросил он, сурово нахмурившись. — Или это была игра? Шэрон забавлялась, а ее младшая сестра подсматривала?
Марни схватила сумку и выскочила из-за стола. Он поймал ее за руку.
— Извини, Марни, я не подумал.
Она высвободила свою руку, но его глаза притягивали ее.
Может быть, потому, что Марни впервые услышала, как он называет ее по имени, она осталась.
— Я понимаю, почему ты не очень-то хорошо отзываешься о Шэрон, — произнесла Марни с горечью. — Она была доступной. Но я-то не заслуживаю твоих оскорблений.
— Мне очень жаль, что я так сказал. И все-таки откуда ты узнала, что произошло там, на пляже?
— Шэрон рассказала, что однажды вы не пользовались… А дело зашло слишком далеко.
— Я слушаю, продолжай.
— Она не хотела, чтобы ты прекращал, и поэтому соврала тебе — сказала, что пьет таблетки.
— Я не помню, — покачал Ло головой, глядя в пространство.
— Весь вечер ты пил пиво.
— Тогда может быть.
— Полковник Кинкейд…
— Называй меня Ло, — произнес он сердито. — Я помню, как мы с тобой боролись на песке и как я мазал тебе спину кремом для загара. Поэтому зови меня Ло, ладно?
Он хотя бы немного ее помнил. Это было очень приятно.
— Не имеет никакого значения, твой сын Дэвид или нет. Это ничего не меняет.
— Ты забываешь одну важную вещь, Марни.
— Какую?
— Письма.
Она беспомощно развела руками.
— Сколько раз говорить, что я не писала их.
— Тогда все еще более непонятно.
— Не понимаю.
— Если не шкала ты, значит, кто-то другой.
Марни нахмурилась.
— Начинаю понимать.
— Ты сказала, что тебе от меня ничего не надо.