Хлоя нахмурила брови и спросила:
— А разве вы уже не знаете друг друга?
Мы с Пакстон рассмеялись. Я поспешил разъяснить:
— Да, милая, но папа сделал что-то, что навредило чувствам Пакстон. Не специально, но сделал ее очень грустной.
Глаза Хлои наполнились слезами.
— Ты можешь сделать так и мне, папочка?
Мое сердце закололо.
— Боже, нет, Хлоя. Я не хотел делать это Пакстон. Обещаю, никогда не причиню вреда тебе и ей. Никогда.
Хлоя наклонилась и спросила:
— Ты извинился?
Я поцеловал кончик ее носа.
— Да, тыковка. И Пакстон приняла мои извинения. Но нам нужно вернуться к тому, как все было до моего отъезда. Я знаю, тебе трудно понять, но потерпи.
Ее следующие слова почти убили меня:
— Я доверяю тебе, папа.
Глава 22
Пакстон
В тот момент, когда Хлоя спросила, не попросит ли Стид меня выйти за него замуж, я запаниковала. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть нормальное дыхание. Сегодня, во время «Дня матери и дочери» в СПА, она попросила меня притвориться ее мамой, и мое сердце разбивалось на кусочки, когда объясняла ей, что это будет неправдой.
Мой разум крутился, когда я пыталась обработать то, что Стид говорил Хлое этим милым голосом, которым всегда с ней разговаривал, ловя печальный взгляд на ее лице.
Когда он признал, что причинил мне боль, я была вынуждена схватиться рукой о забор. Он был так честен с ней и со мной. Я знала, что ему тяжело медленно двигаться в наших отношениях. Поцелуи привели к прикосновениям, что привело к тому, что он ожидал, когда я дам разрешение на дальнейшее продвижение. Но по какой-то причине я колебалась. О, поверьте, я хотела, что бы Стид сделал все грязные вещи, которые шептал мне на ухо, в эти последние несколько недель, но часть меня все еще боялась. Если снова открою эту часть наших отношений, я открою свое сердце, что может привести к разрушению.
Голос Стида вытащил меня из мыслей.
— … не хотел делать это Пакстон. Обещаю, никогда не причиню вреда тебе и ей. Никогда.
Хлоя наклонилась к отцу.
— Ты извинился?
Я прикрыла рот рукой, пытаясь не смеяться, и взглянула на Мелани. Она с такой любовью смотрела на сына и внучку. Боль в моей груди было трудно игнорировать. То, что у Стида был ребенок от другой женщины, казалось, была моей самой большой преградой. Я люблю Хлою, но не могу отбросить мысль, что не я родила Стиду его первого ребенка. То, что какая-то женщина-монстр создала эту драгоценную, милую невинную маленькую девочку, копию ее отца.
Стид поцеловал Хлою в нос, и ее следующие слова чуть не сбили меня с ног.
— Я доверяю тебе, папочка.
Стид засиял, и я поняла, что эти слова глубоко его затронули.
— Это так много значит для меня, тыковка. Я люблю тебя.
Ее маленькие руки обхватили его шею, как самое дорогое в ее жизни. Он встал и поднялся вместе с ней. Я смотрела, как они замерли, потерянные друг в друге. Стид обнимал Хлою, пока она не была готова разорвать контакт. Хлоя доверяла отцу, что он никогда не разорвет ее сердце, и я честно полагала, что он никогда этого не сделает. Ненамеренно. Точно так же, как он ненамеренно нарушил мое.
В голове пробежало миллион мыслей. Мы все сделали неправильно, но мы были так молоды. Разве мы не имели право на ошибку? Сейчас же, глубоко в своем сердце знала как и Хлоя, что Стид никогда не навредит ни одной из нас.
Повернувшись ко мне, Хлоя улыбнулась.