— Какого черта, Мели! Боже, — руки бессильно упали. — Братья знают эту информацию?
Злая улыбка появилась на ее лице.
— Моим первым был Бобби Бишоп.
Мои глаза расширились в шоке.
— Тревор знает, что его лучший друг оборвал твой цветок?
Амелия расхохоталась.
— Мой цветок? Какого черта? Ты, блядь, шутишь, Стид? — она истерично согнулась от смеха. — О. Мой. Бог. Мой цветок! Я умираю! Не могу дождаться, чтобы рассказать об этом Вайелин! Ты ведь знаешь, что она тоже потеряла цветок?
Я закатил глаза и откинулся в кресле, ожидая, когда она придет в себя. Мысль, что парни касались моих сестер, взбесила меня. Несмотря на то, что Вайелин была замужем, я все равно хотел заехать ее мужу каждый раз, думая об этом.
— Ты закончила?
Амелия вытерла слезы.
— О, чувак. Адские колокола. Мне нужен был этот смех. И нет, я не сказала Тревору.
— Я так понял, мои представления о тебе, как о милой и невинной девушке, выстрел в небо?
Амелия встала и оперлась о мой стол.
— Я выросла с пятью братьями. Пять братьев, которые, к слову, имеют определенную репутацию. Я училась у лучших, — подмигнула она.
— О, черт. Если отец узнает…
Улыбка, которая расплылась на лице сестры, заставила и меня улыбнуться.
— Это незнание, не причиняет ему вреда.
— Папочкин маленький ангелочек.
Она издала смешок, и развернулась. Но дойдя до двери, остановилась и обернулась.
— И кстати. Я все же вставлю свои два цента. Тебе нужно провести ночь с Пакстон. Соблазнить ее и заняться любовью, а остаток ночи провести, трахая, чтобы компенсировать потерянное время. Доверяй мне. Это то, чего она действительно хочет в глубине души. Это медленное дерьмо — защитная пленка, которую она использует, потому что напугана.
Я откинул голову назад.
— Чего она боится?
Амелия подмигнула.
— О, я не могу рассказать тебе все секреты, не так ли?
И с этими словами она вышла.
Глава 21
Стид
— Что с тобой, чувак?
Я ехал рядом с Тревором на лошади, которую родители купили мне на выпускной, но в первый раз сел на нее, после возвращения. С тех пор, старался ездить на Леди каждый день. Она была красивой красно-белой масти и очень послушной. Тревор прекрасный тренер. Клянусь, мальчик упустил свое призвание.
— Что не так с твоей задницей? — засмеялся он. — Я задаю вопрос, а ты так глубоко ушел в свои мысли, что либо не слышишь меня, либо отмахиваешься. Чувак, если ты в ближайшее время не трахнешься, клянусь, ты лопнешь.
— Пошел вон, Тревор.