Вспомнить всё: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сложив руки на груди, яростно поджав пухлые яркие губы, Ивлин Каттер буквально металась по залитой мягким светом гостиной своей квартиры.

— Не понимаю я вас. — На секунду она остановилась и смолкла, задвигая на окнах тяжелые шторы. — Совсем недавно вы были готовы своими руками убить В-Стивенса. А теперь вы даже не хотите блокировать Ле Марра. Вы же знаете, что Ле Марр попросту не понимает происходящего. Ему не нравится Ганнет, и он все время болтает о всемирном братстве ученых, о нашем долге перед человечеством и тому подобной чепухе. Неужели вы не понимаете? Если В-Стивенсу удастся с ними связаться…

— А может быть, он и прав, — сказал Паттерсон. — Мне тоже не нравится Ганнет.

— Но ведь они нас уничтожат! — взорвалась Ивлин. — Мы не можем воевать с ними — у нас нет никаких шансов на победу. — Бешено сверкая глазами, она остановилась прямо напротив врача. — Но они этого еще не знают. Поэтому следует нейтрализовать Ле Марра, по крайней мере — на какое-то время. Каждая лишняя минута, проведенная им на свободе, ставит под угрозу весь мир. От сохранения этой истории в тайне зависят жизни трех миллиардов людей.

Паттерсон немного задумался.

— Насколько я понимаю, Ганнет проинформировал вас о первоначальных итогах исследования, проведенного сегодня Уэстом.

— Пока никаких результатов. Старик знает до последней запятой все сражения войны — и мы их все проиграли. — Ивлин устало провела рукой по лбу. — То есть, лучше сказать, мы их все проиграем. — Негнущимися пальцами она собрала со стола кофейные чашки. — Хотите еще кофе?

Поглощенный своими мыслями, Паттерсон не слушал. Он подошел к окну, раздвинул шторы и стоял, глядя наружу, пока Ивлин не вернулась в гостиную с двумя чашками крепкого горячего кофе.

— Вы не видели, как Ганнет убил эту девушку, — не оборачиваясь, сказал Паттерсон.

— Какую девушку? Утколапую? — Ивлин положила в свою чашку сахар и сливки, размешала ложечкой. — Она же собиралась вас убить. А тогда В-Стивенс смылся бы сразу в «Кока-Кола» — и началась бы война. — Она нетерпеливо пододвинула к Паттерсону его чашку. — Как бы то ни было, без нас ее все равно бы убили.

— Знаю, — кивнул Паттерсон. — Именно это и не дает мне покоя. — Он машинально взял чашку и сделал глоток, не чувствуя вкуса. — Какой был смысл спасать ее от погромщиков? Все это — работа Ганнета. Мы все работаем на Ганнета.

— Ну и что?

— Вы же сами знаете, в какие игры он играет.

— Я просто стараюсь быть разумной, — пожала плечами Ивлин. — Я не хочу уничтожения Земли. И Ганнет тоже не хочет — он хочет избежать этой войны.

— Несколько дней назад он хотел начать войну. Когда считал, что мы ее выиграем.

— Ну конечно, — резко хохотнула Ивлин, — а кому же нужна заранее проигранная война? Это просто бессмысленно.

— А теперь Ганнет будет сдерживать войну, — задумчиво согласился Паттерсон. — Он позволит колонизованным планетам получить независимость. Он признает «Кока-Кола». Он уничтожит Дэвида Ангера и всех, кому известна эта история. Он примет позу добродетельного борца за мир.

— Конечно. Он уже составляет планы полета на Венеру, со всеми театральными эффектами. Переговоры с руководителями «Кока-Кола», в последнюю минуту, когда останется еще возможность предотвратить войну. Он нажмет на членов Директората, заставит их позволить Марсу и Венере отделиться. Он станет героем всей Солнечной системы, его будут носить на руках. А что, разве лучше, если вместо этого уничтожат Землю, а заодно с ней — и всю нашу расу?

— Так, значит, вся эта огромная машина разворачивается на сто восемьдесят градусов и с тем же ревом устремляется против войны? — Губы Паттерсона изогнулись в трагической усмешке. — Мир и компромисс — вместо ненависти и разрушительного насилия.

Присев на подлокотник кресла, Ивлин быстро подсчитала что-то в уме.

— А сколько лет было Дэвиду Ангеру, когда он записался в армию?

— Пятнадцать, то ли шестнадцать.

— А ведь человек получает свой номер именно в тот момент, когда записывается на армейскую службу?

— Ну да. А что такое?

— Возможно, я что-то путаю, но у меня получается… — Она подняла глаза на Паттерсона. — Ангер должен получить свой билет в самом ближайшем будущем. Запись добровольцев идет очень быстро, так что очень скоро дойдет и до этого номера.

На лице Паттерсона появилось странное выражение.

— Да, Ангер уже где-то живет… Такой себе пятнадцатилетний мальчишка. Ангер-подросток и Ангер-дряхлый, еле живой ветеран войны. И оба они живут одновременно.

— Дикость какая-то, — зябко поежилась Ивлин. — А если они вдруг встретятся? Они же друг друга даже не поймут.

Паттерсон буквально видел этого, другого Дэвида Ангера. Пятнадцатилетний мальчишка с горящими от восторга глазами. Рвущийся в бой, готовый направо и налево крушить утколапых и ворон. Убивать их со всем идеалистическим энтузиазмом юности. В этот самый момент Ангер неизбежно, неотвратимо двигается к офицеру, записывающему добровольцев… а полуслепой, изуродованный старик восьмидесяти девяти лет — большая часть жизни которого прошла в лишениях, крови и ужасе — неуверенно плетется из своей больничной палаты на парковую скамейку. Сжимая алюминиевую трость, жалким хриплым голосом сотый раз пересказывает свои истории каждому согласному их слушать.

— Нужно проследить за этим, — сказал Паттерсон. — Попросите кого-нибудь из военного министерства, чтобы нам сообщили, когда придет этот номер. Когда Ангер завербуется и получит его.