Рама II. Сад Рамы. Рама явленный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Что за горн пред ним пылал?

Что за млат тебя ковал?

Кто впервые сжал клещами Гневный мозг, метавший пламя?

Сидевший напротив генерал О'Тул тоже был заворожен чтением Франчески. Ум его вновь сражался с той же фундаментальной проблемой, что смущала его с того дня, когда он впервые приступил к подготовке экспедиции. „Боже мой, — удивлялся он. — Какое место эти рамане занимают в Твоей вселенной? Создал ли Ты их прежде, чем нас? Тогда они в известном смысле наши кузены? Зачем Ты послал их сюда? Зачем сделал это сейчас?“

Когда Франческа закончила чтение стиха, воцарилось недолгое молчание, за которым последовал взрыв аплодисментов. Она любезно выразила признательность доктору Такагиси за участие в обработке изображения. Японец ответил смиренным поклоном. Потом поднялся Янош Табори.

— Я хочу от имени всего экипажа поблагодарить вас, Сигеру, и вас, Франческа, за оригинальное и наводящее на размышления представление, — сказал он, улыбаясь. — И оно едва не заставило меня относиться „менее серьезно“ к тому, что ожидает нас завтра.

— Говоря об этом… — произнес генерал Борзов, поднимая взгляд от недавно откупоренной бутылки украинской водки, к которой уже успел приложиться. — Настало время тостов — есть такая старинная русская традиция. Я прихватил с собой всего лишь пару бутылок этого напитка, гордости нашей, и обе хочу разделить с вами, друзья мои и коллеги, по особому поводу.

Он передал обе бутылки в руки генерала О'Тула, американец с помощью разливателя жидкости ловко распределил водку по маленьким чашечкам с крышкой.

— Как известно Ирине Тургеневой, — продолжал командир, — на дне каждой бутылки настоящей украинской водки всегда есть червячок. Говорят, что тот, кто проглотит этого червячка вместе с напитком, целые сутки будет наделен повышенной активностью в известной области. Адмирал Хейльман пометил дно двух чашек инфракрасным крестом. Те двое, у кого окажутся меченые чашки, съедят по пропитанному водкой червячку.

— Ух, пронесло, — проговорил Янош секундой спустя, передавая Николь инфракрасный сканер. Он первым успел убедиться, что креста на дне его чашки нет. — Такое соревнование не худо и проиграть.

Крест обнаружился на дне чашки Николь. Значит, она попала в число двоих счастливцев, получивших возможность съесть украинского червяка. Николь невольно задумалась: „А нужно ли это мне? — И утвердительно ответила на этот вопрос, заметив живое нетерпение на лице командира. — Ну, во всяком случае, не умру. А все паразиты в нем наверняка убиты спиртом“.

Вторая чашка с крестом оказалась в руках самого генерала Борзова. Генерал улыбнулся, выплеснул одного из крохотных червячков в собственную чашку, другую — Николь и поднял свой импровизированный бокал над столом.

— Давайте выпьем за успех экспедиции, — сказал он. — Для каждого из нас ближайшие дни и недели станут величайшим приключением в жизни. По сути дела, мы являемся послами землян перед лицом чуждой культуры. Да не посрамит каждый из нас чести рода человеческого.

Сняв крышку со своей чашки и стараясь не взболтнуть содержимое, он выпил его одним глотком. Вместе с червячком. Николь тоже не стала разжевывать, впрочем, отметив, что мерзкий клубень, который ей пришлось съесть во время обряда поро в Республике Берег Слоновой Кости, был все-таки хуже на вкус.

После еще нескольких коротких тостов огни в комнате начали тускнеть.

— А теперь, — объявил с широким жестом Борзов, — наши гости из Стратфорда, гордость „Ньютона“ — Ричард Уэйкфилд с труппой гениальных роботов.

В комнате стало темно, лишь на полу слева от стола светилось пятно, освещенное с потолка лампой. Посреди него находился макет старинного замка. Облаченный в женское платье робот, двадцати сантиметров роста, расхаживал по одной из комнат. Эта дама читала письмо. Сделав несколько шагов, она уронила руки по бокам и начала:

Да, Гламис ты, и Кавдор ты и станешь Тем, что тебе предсказано. И все ж Боюсь я, что тебе, кто от природы Молочной незлобивостью вспоен, Кратчайший путь не выбрать… к величью…

— Эту даму я знаю, — ухмыльнулся Янош Николь, — встречались где-то.

— Ш-ш-ш, — произнесла Николь.

Точность движений леди Макбет заворожила ее. „А Уэйкфилд действительно гений, — думала она. — Как это он умудряется так точно выполнять подобные вещи?“ Особенно ее удивил диапазон выражений на лице робота.

Когда Николь пригляделась, крошечная сцена поплыла в ее голове. Она вдруг забыла, что перед ней роботы. Вошел вестник и объявил леди Макбет, что ее муж уже неподалеку от замка и что король Дункан проведет там ночь. Николь видела, как исказилось лицо леди Макбет, когда посыльный вышел.

„Боже, — думала Николь, мигая глазами, чтобы убедиться в том, что они не лгут. — Она преображается?“ Так и было. И со словами „Измените мой пол“ обличье робота начало меняться, приобретая мужеподобные черты. Выпуклости грудей и ягодиц, даже мягкость лица… все исчезло. Дальше леди Макбет изображал какой-то андрогин.

Очарованная Николь кружила в потоке фантазий, порожденных собственным воображением и алкоголем. Новое лицо робота кого-то смутно напоминало. Заметив шевеление справа, она обернулась к Реджи Уилсону, жарко говорившему с Франческой. Николь переводила глаза с Франчески на леди Макбет и обратно. „Да, — заметила она про себя. — Лицо новой леди Макбет напоминает Франческу“.

Страх и предчувствие чего-то непоправимого вдруг обрушились на Николь, повергая ее в трепет. „Вот-вот произойдет нечто ужасное“, — говорил ее ум. Она несколько раз глубоко вздохнула и попыталась успокоиться, но странное чувство не проходило. На маленькой сцене хозяйка замка приветствовала короля Дункана. Слева Франческа потчевала генерала Борзова остатками вина. Николь не могла более бороться с паникой.

— В чем дело, Николь? — спросил Янош. Он чувствовал, что она расстроена.

— Ни в чем, — ответила Николь и, собрав все силы, поднялась на ноги. — Должно быть, еда не пошла мне впрок. Пойду-ка к себе.

— Но после обеда еще будет кино, — со смешком уговаривал Янош.

Николь выдавила улыбку. Венгр помог ей встать. Она услыхала, как леди Макбет костит мужа за недостаток храбрости, и новая волна суеверного страха накатила на нее. Подождав пока адреналин в крови рассосется, Николь извинилась и оставила кают-компанию. Медленно возвращалась она в свою комнату.

17. СМЕРТЬ СОЛДАТА