- А ты смог бы? - смеется он. Нет, я бы, черт возьми, не смог. - Я хочу посмотреть на лицо Эйприл Фарли, когда ты скажешь ей, что уходишь.
Я издаю стон и провожу рукой по лицу.
- Как я и сказал, я в дерьме.
- Для меня это слишком, я не возьму на себя эту сумасшедшую суку, - указывает он на меня. - Отдай ее Мэддоксу. Ему нравится, когда трахают мозги. И мы оба знаем, он у тебя с руками оторвет ту русскую цыпочку.
- Будь осторожней, думаю, она склонна к тройничкам.
Открывается дверь, и входит Кора, ее взгляд мечется между мной и Ксавьером.
- Мальчики, - она достает из пачки Мэддокса сигару и зажигает ее. - Похоже, вы ведете тут глубокомысленные беседы, - она отодвигает стул к краю стола и садится. Ее платье скользит по бедрам, еще больше обнажая её длинные ноги.
- Тор уходит, - глаза Ксавьера встречаются с моими, и он слегка кивает.
- Стареешь, - ухмыляется она, зажимая сигарету пухлыми красными губами.
Ксавьер смеется.
- Мы только что обсуждали, кто теперь присоединится к тройничку Мэддокса и его русской клиентки.
Она задумчиво склоняет голову набок.
- Я слышала, она горячая.
Я выдыхаю еще одно облако дыма.
- Очень.
- И развратная, - добавляет Ксавьер. Он уже трахал Анну. Единственный, кто этого не делал, это Кейден, и это все потому, что она, скорее всего, сломает бедного малыша.
- Ладно, если она будет связанна, я трахну её вместе с ним. - Я начинаю задыхаться от дыма и практически выкашливаю свои легкие.
Ксавьер усмехается.
- Я больше чем уверен, что Мэддокс предпочтет тебя, нежели Тора.
Она изгибает идеально выщипанную бровь.
- Серьезно?
- Да, ты прав. Ты чуть не дотягиваешь.
- Иди к черту, - ворчу я.
Она заливается звонким смехом. Клянусь Богом, если вы встретите Кору, то посчитаете ее прекрасной, утонченной, хрупкой... но она абсолютно сумасшедшая.
- Ну, по крайней мере, он "побился с тобой яйцами" и сумел вычеркнуть это из своего списка достижений до твоего ухода на пенсию.
Я хмурюсь.
- Не было такого.
- Ну, конечно, яйца просто втянулись от страха, - Ксавьер наклоняет ко мне голову, и на его губах появляется кривая ухмылка. Они оба начинают смеяться, и я поднимаюсь со своего стула, качая головой.
- Если кто-то из вас захочет присоединиться к Мэддоксу в потрахушках, тогда добро пожаловать, - я выхожу из комнаты и поднимаюсь наверх. Мне нужно подготовиться ко встрече с Эйприл. У меня дерьмовое предчувствие, что все пойдет кувырком после моего отпуска, и мне придется сначала потрахаться с ней, прежде чем сказать, что я ухожу. Еще одна причина, почему я должен придерживаться правил. Я должен был порвать с ней еще два года назад, когда она начала проявлять одержимость, а я был одержим ее пятьюдесятью тысячами долларов в месяц. Век живи - век учись. Я учусь на своих ошибках.
Я стучу в дверь, и та сразу распахивается, показывая улыбающуюся Эйприл. На ней легкий сатиновый халатик, слабо подвязанный поясом. Ткань на груди расходится, демонстрируя бюстгальтер и живот.