— У меня к тебе разговор.
Мальчики прошли в комнату, сели на диван. Володя загадочно взглянул на приятеля:
— Слушай! Вчера пришел к нам Николай Павлович — знаешь, тот, что в музее работает, — и…
— С палочкой ходит? «Два с полтиной, два с полтиной».
— Не смейся, его на войне ранило в ногу.
— Ну ладно. Ты дальше, дальше-то что?
— О чем они сначала говорили, я не слушал. А потом отец достал карту. Тут уж и мне интересно стало. В общем, Николай Павлович предлагает отцу вместе путешествовать по Южному Уралу. По самым глухим местам.
— У нас все изведано и изучено.
— Вот и нет! Они пойдут сначала в горы, а потом на лодке спустятся по какой-то реке. Или сначала на лодке, а потом по горам. Сегодня вечером будут уточнять маршрут.
— И тебя возьмут?
— Ясное дело.
Миша вскочил с дивана и заговорил нараспев, обращаясь к воображаемым слушателям:
— Кого мы видим, товарищи? Володьку Одинцова? Ошибаетесь. Перед вами величайший из великих путешественников. Будущий Пржевальский, Арсеньев и братья Грум-Гржимайло! А может, сам Миклухо-Маклай? — Миша вздохнул. Шуткой он не сумел скрыть зависти и плаксиво продолжал: — А я, значит, буду изнывать от жары в городе! Глотать пыль вместе с мороженым, купаться в грязном Миассе да смотреть футбол на стадионе «Труд».
— Не дурачься, Мишка, чего цирк устроил? Я же еще не все сказал.
— Не все? Интересно! А что же осталось?
— Да погоди ты, — Володя досадливо поморщился. — Думаешь, я забыл про тебя? Я сказал…
— Что ты сказал? Что?
— Я сказал: «Папка, возьмем Мишку Глебова!»
— Да ну?! Врешь, Володька!
— Не вру. И даже добавил: «Без Мишки я не поеду».
— А Сергей Денисович?
— Папка ответил: «Конечно, возьмем».
— Володька! Дружище!
Миша повалил приятеля на диван. Жалобно взвизгнули пружины.
— Отпусти, медведь! Задушишь.
— Не отпущу! Ты мой самый, самый.
Внезапно Миша бросился к двери.
— Так и знал! Опять подслушивает!
За дверью послышались крики, и в комнату влетела растрепанная Светлана, а за ней брат.
— Вовка! Лови ее! Она шпионила.