Я покачала головой.
— Я весь день думала о том, чтобы целовать тебя. То, что ты сказал вчера вечером… — прошептала я, темнота делает меня смелой.
Воздух прошёл между его зубами.
— Мысль о том, чтобы взять мой член в рот делает тебя мокрой?
— Да, — с удовольствием призналась я.
Он начал двигаться быстрее. Его дыхание было тяжёлым и прямо у моего уха.
— Блять, блять, блять, — повторял он, заставляя мой оргазм быстрее достигнуть вершины. Биение его сердца совпадает с моим. — Вот, возьми его, как грязная девчонка, — прошептал он, когда его тело начало напрягаться.
Я достигла вершины и начала кричать, и его рука накрыла мой рот. Его глаза закрыты, пока я распадаюсь в его руках. Затем он отстранился от меня.
— Я кончаю, — зарычал он и застонал, когда начал выплёскивать своё освобождение на мои бёдра, а я с очарованием наблюдаю.
Мы оба задыхаемся, пока стоим в темноте. Хотелось бы мне видеть яснее. Мои глаза приспособились к темноте, но я хотела бы увидеть его глаза, когда он отстранился и достиг своей кульминации.
— Я помою тебя, — мягко сказал он.
Я смотрю, как он нашёл рулон бумажного полотенца в углу и начал вытирать себя с моей кожи. Закончив, Стоун поднял глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Сегодня вечером ты возьмёшь меня в рот. Сомневаюсь, что теперь смогу сосредоточиться на чём-то другом, но это поможет мне.
Я начала надевать шорты, когда он меня остановил.
— Я сделаю это.
Я стою там, пока он одевает меня. Моё сердце переполнено. Моё тело удовлетворено.
Шаги заставили нас обоих замереть. Ухмылка, которую я увидела в темноте, изогнула его губы.
— Лучше уходи отсюда. Она будет искать тебя.
Я быстро поправила волосы и открыла дверь, чтобы выйти, надеясь, что она не заметит, что я выхожу из тёмной кладовки ни с чем.
Джеральдина стоит у раковины.
— Думаю, мы должны выпить чай на веранде, — весело сказала она.
— Хорошо, да, это хорошая идея. У меня есть пирожные к чаю и бутерброды, о которых вы упоминали ранее в холодильнике. — У меня нервный голос. Кажется, она не заметила.
— Прекрасно. Отличная погода для чаепития на улице. — Она взяла поднос с чайником. — Ты бери пирожные, а я возьму это.
— Хорошо, — охотно согласилась я.
Я быстро нашла посуду, которую помыла раннее, когда Джеральдина упомянула, что хотела бы ей воспользоваться. Но не раньше, чем взглянула на кладовку. Чаепитие снаружи даст Стоуну время уйти, не будучи замеченным.
Джеральдина открыла дверь на задний двор и остановилась.
— О-о, и, Бьюла, — сказала она.
— Да?
— Возьми ещё чашку и скажи Стоуну, что я бы хотела, чтобы он вышел из моей кладовки и присоединился к нам за чаем.
Глава Двадцать Восьмая