— Отбрось покрывало, Бьюла, — потребовал я, и мне понравилось, что она сделала именно это. Выставляя обнажённые упругие и высокие груди напоказ. Твёрдые соски говорят о её возбуждение. Она наклонила голову, чтобы посмотреть на меня. На её шее след от укуса, и я почувствовала жадную собственническую ухмылку на лице. Я сделал это. — Повернись. Положи руки на кровать. Подними свою горячую маленькую задницу вверх.
Её дыхание становится учащённым, пока она слушает мои указания. Она не задаёт вопросов. Она медленно перемещается, её глаза сосредоточены на моих. Когда она встала, покрывало упало, полностью обнажая её передо мной. Тогда она поступила точно так, как я велел.
На её левой ягодице небольшой розовый след. Я дотронулся до него, аккуратно обведя кончиком пальца. Затем провёл пальцем, чтобы нежно погладить, прежде чем скользить рукой между её ног, чтобы раздвинуть их шире. Затем я надавил ладонью на её спину.
— Я хочу, чтобы твоя задница была высоко, — сказал я, когда её попка поднялась.
Мой член пульсирует. Кровь отлила к головке, пока я смотрю, насколько она готова для меня. Для него. Боюсь, что больше никогда не выпущу её из этой квартиры. Я представляю её обнажённой, растянувшейся на моём баре на кухне. Стоящую под водой в душе, пока я стою на коленях между её ног. Её руки, опирающиеся на стеклянную дверь, она смотрит на окружающий мир, пока я погружаюсь в неё сзади. Трепет от того, что кто-то видит нас, и собственнический страх, что кто-то ещё увидит её такой, борются внутри меня.
Я засунул в неё палец, и она дёрнулась.
— Ты сказала, что не болит, — сказал я, пробуя её.
— Это не боль, это необходимость, — она задыхается, когда говорит.
Я использовал одну руку, чтобы стянуть с себя боксеры и отбросить в сторону. Накрыв одной рукой свой член, я начал двигать по нему вперёд-назад, пока касаюсь её. Влажность между её ног покрывает мои пальцы, а вскоре и мой член. Он дёрнулся в моей руке, желая, чтобы я оказался в его истинном месте. Незабываемое удовольствие, которое она мне доставляет, превращает меня в наркомана. Её тугая киска мой наркотик.
Не в состоянии больше дразнить ни одного из нас я хватаю её за талию и поднимаю её задницу ещё выше. Её ноги раздвинулись, когда она поднялась на носочки. Я не сдерживаюсь, когда врываюсь в её тесный вход. Её гладкая киска засосала меня и сжала.
— О боже! — закричала она.
Не уверен, что Бог существует, но когда её киска сжимает мой член словно в тисках, я чертовски уверен, что только великое существо может создать что-то настолько прекрасное.
— Чувствуешь себя хорошо, детка? Это то, что ты хотела? Жёсткий утренний трах. — Мой голос пронизан напряжением из-за моего нарастающего оргазма. Глубокий и хриплый.
— Да! Сильнее. Трахни меня, чтобы потом я не смогла встать, — умоляет она, а затем поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Её руки вцепились в покрывало, сжимая его в кулаках. — Хочу, чтобы ты кончил мне на лицо.
— Дерьмо! — взревел я. Услышав такие словечки из её сладкого рта, мне пришлось выдохнуть, прежде чем я взорвусь. — Продолжай так говорить, и я кончу, прежде чем смогу выбраться из тебя. Твоя киска — это зависимость.
Она одарила меня лукавой ухмылкой, и я так резко вошёл в неё, что побоялся, что это уже слишком. Её глаза закрылись, и она застонала. Я сделал это снова, и она откинула голову и застонала громче. Подняв руку, я схватил копну волос и потянул их назад.
— Ах! Да! — прохныкала она.
Эта маленькая идеальная красавица чертовски озорная. Я не понимал этого до прошлой ночи. Это знание заставляет меня почувствовать себя животным, когда я внутри неё. Хочу сделать с ней то, чего должен стыдиться.
— Возьми его, — сказал я и продолжаю жёсткий ритм. Мой член так сильно опух, что я знаю, что моё освобождение близко. Но я не смогу выбраться. Остановиться невозможно. Не тогда, когда её приближающееся пульсирующее освобождение похоже на шёлковый порок вокруг меня.
— О боже! Сейчас! О боже! Я… — воскликнула она. — Пожалуйста. Сильнее! — Её задница поднялась выше, и она оттолкнулась от меня. — Я не могу остановиться! — Она запаниковала и начала трахать меня в ответ. Её задница ударялась об мои бёдра. — Да, да, да, да. — Бьюла задыхалась от оргазма. Я не могу выйти, пока она не кончит, но её оргазм продолжается. Её тело продолжает неистовствовать напротив моего. Она сжала мой член, и я начинаю дрожать, пока пытаюсь не потерять самообладание. — О боже, ещё раз! Он снова приближается. — Она дрожит и содрогается, а её задница подпрыгивает напротив меня, мягкая кожа подрагивает от безумных движений. Её крики удовольствия становятся громче. Я внутри неё, и ничто на земле не сможет остановить меня. Мои руки так сильно обхватили её талию, что, знаю, у неё останутся следы.
— Бьюла-а-а! — прорычал я, когда кончил в неё. Моё освобождение неумолимо пульсирует, пока она продолжает энергично раскачиваться напротив меня, тяжело дыша.
— Аа-а-ах! Снова… — сказала она, когда она, плотно прижимая свою задницу ко мне. Её тело сильно дрожит. Моё семя так глубоко внутри неё, помечая её. Это больше, чем просто мгновение, которое я мог себе представить.
Её голова рухнула на кровать, и она издала длинный вздох.
— Боже милостивый. — Её голос был хриплым.
Я ослабил хватку на её бёдрах. Затем взял её и переместил, пока она лежала на кровати. Я никогда не обходился без защиты с женщиной. Вообще. Это то, чем я гордился. У меня в спальне ящик презервативов. Но ни разу я не подумал использовать их с ней. Не прошлой ночью. Не сегодня. И не тогда, когда я входил в неё. Я даже не могу сожалеть.
Вместо этого я раздвинул её ноги, и она моргнула. Она смотрит на меня, прежде чем охотно позволяет раскрыть свои ноги. Внутренний зверь внутри меня коснулся её, и я, блядь, запомнил, как выглядит моя сперма, вытекающая из неё. Мокрая на её бёдрах. Это я на её коже.
— Я должен извиниться. Но не могу, — честно сказал я ей.
— Я была бы разочарована, если бы ты это сделал.
Не могу оторвать глаз от доказательства нашего удовольствия. Я провёл пальцем по влажности, которая теперь стекает к её попке. Она вздрогнула.
— Ах.