— Как он не заметил, что у тебя была зависимость? — Холли кладет голову на скрещенные на столе руки.
— Я был убедителен.
— Ты наркоман.
— Я бывший наркоман. Я перестал принимать таблетки, когда начал отключаться и впадать в беспамятство.
— Алкоголь?
Я пристыжено смотрю в пол.
— Я перестал пить после того, как встретил тебя.
— Пьер, я не могу позволить алкоголику находиться рядом с нами.
— Я жадный человек. Я собственник, и у меня были зависимости. Но я люблю тебя и Эмму и клянусь, что не сделаю ничего, что сможет причинить боль кому-то из вас.
— Ты уже причинил боль, Пьер, — шепчет она.
— Mon chéri. — Я встаю из-за стола, чтобы подойти к ней.
— Пожалуйста, не надо, — говорит она, останавливая меня. — Я не могу растить ребенка с таким человеком.
— Я не вернусь ни к одному из этих пороков.
— Может, и нет, но наркоман привязывается к тому, чего он жаждал. Ты можешь желать меня сейчас, но через месяц, через год или когда-нибудь ты решишь, что меня недостаточно, и найдешь новую зависимость.
— Non, это неправда! — Я чувствую, что теряю контроль над собой.
— Тогда скажи мне кое-что, — говорит она, вставая из-за стола, и становится передо мной.
— Что угодно.
— Что ты делал вчера, когда ушел отсюда? — Я отвожу взгляд, избегая смотреть в ее сердитые карие глаза. — Именно то, что я подумала. Ты пошел домой и напился, верно? — гневно спрашивает она.
— Нет.
— Может быть, закинулся таблетками? Присутствие рядом со мной и Эммой — это слишком для тебя, поэтому ты пошел и вернулся к тому, что давало тебе ложное чувство уверенности?
— Mon chéri, я не делал и этого.
— Тогда скажи мне, какого черта ты делал, что не смог взять трубку, когда я звонила тебе? Или не отвечал на мои чертовы сообщения? Что было важнее того, чтобы поговорить со мной и сказать, что ты знал моего мужа? Что, ради всего святого, скажи мне?! — она кричит на меня, придвигаясь ко мне и тыча пальцем в мою грудь.
— Я всю ночь был на кладбище и разговаривал с Евой.
Холли осматривает меня с головы до ног, замечая грязь и пятна от травы на моих джинсах.
— Вот почему ты в той же одежде, что и вчера.
Я киваю и делаю шаг к ней.
— Пьер, обнаружив проблему, ты не можешь убегать, не поговорив со мной.
— Знаю, и поверь мне, я пожалел об этом сразу же, как вышел вчера отсюда.
— Убежал, — поправляет она меня.
— Oui, убежал. Я был дураком.