— Че? – не поняла я.
— И ещё: если ты завтра не явишься в школу, Хибари-сан грозится исключением.
— Что?! – вскочила я. Как это «Хибари-сан» может грозиться исключением из школы? Вообще-то, послезавтра, я собираюсь сразиться с ним! Он что, не понимает, что я тренируюсь из-за него?
— Ну, согласись, доченька, он прав. Нельзя же беспричинно прогуливать! – мама сделало равнодушное лицо. Но я-то знала, что она так и горит от желания, чем я занимаюсь. – И ещё: ты стала пропускать со мной тренировки. Я ведь и обидеться могу! И завтра мы идем вместе в школу.
— В смысле? – не поняла я.
— Хибари-сан хочет поговорить со мной! Вместе с тобой!
— Но он же не директор! – разозлилась я.
— Его об этом попросил директор. Это мне всё Бел сказал!
— Мисс Розетта, не переводите стрелку на меня, — хихикнул тот. – Если что, я сказал чистую правду.
Вздохнув, я начала есть. Сначала в школу, потом тренировка с Цуном и Реборном. В принципе, неплохой день перед смертью. А я хотела объехать город, чтобы попрощаться… Позвонить подругам, услышать их в последний раз…
Ждала, когда Занзас свалит спать. Нао опять спала в коридоре. Ну никак у неё не получается завоевывать сердце нашего босса. В этом плане мне становилось её жалко. Но, как-никак, она из семьи моего отца. Она тоже на стороне этого козла. Как-то я ласково отзываюсь о нем…
На следующий день меня будила мама. Не как дядя, с криками, а шепотом:
— Мери, очнись! Пора в школу.
Я сонно открыла глаза. Мама уже была готова. Одевалась я медленно: не хочу видеться с Хибари перед боем. Это окончательно собьет мне дух. Но пришлось торопиться – Бел так и рвался в гостиную.
Я ничего не ела. Меня просто тошнило.
— Мери, ну поешь хотя бы чуть-чуть, — молила мама. – А то сил не будет на учебе!
Я выпила только кофе.
— Я могу поддержать тебя, если хочешь, — предложил «принц». Я захлебнулась.
— Нет! Знаю, как поддерживать ты будешь.
Дяди не было за столом. Ну конечно, они все спят. Я в такое время на тренировку собиралась. Наконец, мы пошли в школу. Я шла, как на похороны свои. Глубоко вздохнув, зашли в школу, и мы с мамой направились к ГДК.
Хибари сидел за столом и что-то писал. Когда мы зашли, он поднял голову и осмотрел сначала маму, а потом меня. Я услышала аханья со стороны мамы.
— В чем дело? – шепотом спросила я.
— Я думала, что ГДК – взрослый и зрелый мужчина! Но никак не ребенок!
Я хихикнула. Не знаю, услышал ли Хибари тихое восклицание матери. Если да, то не сложно догадаться, кому достанется. Мне, конечно.
— Проходите и сядьте, пожалуйста, — пригласил он. Мама села возле него, я хотела было сесть, но ГДК сказал: — А вы, мисс Форд, постойте.
Я недовольно скрестила руки.
— Итак, — продолжил он, — мисс Розетта Форд, вы знаете, чем занимается ваша дочь?
— Неа, — покачала головой мама. – Господин Хибари-сан, вы ведь из семьи Вонголы?
— Нет, я не имею к ним никакого отношения.
Ну да. Конечно, так мы и поверили.