— У меня совсем мало времени…
— Но пообедать-то вы все равно должны, — проговорила она строгим, не допускающим возражений голосом. — Идемте сразу, чтобы не терять времени.
Когда тетя поднялась с кресла, она оказалась выше, чем можно было предполагать, и в своей широкополой шляпе выглядела солидной респектабельной дамой. Опираясь на палку, но не прихрамывая, она довольно проворно двинулась к выходу.
Только на улице перед гостиницей остановилась.
— Так куда же мы пойдем? — спросила она.
— Не знаю, вы здесь ориентируетесь лучше меня.
— Ты уже пил кофе? — ни с того ни с сего перешла она на «ты».
— Пил, а что?
— Прежде всего надо выпить кофе, — заявила она и направилась к угловому дому, из открытых дверей которого на всю улицу разносился запах кофе.
Он удивился — ведь она только что пила кофе в гостинице, — но ничего не сказал и послушно шел за ней, надеясь, что в кафе-эспрессо они долго не задержатся.
Но где там! Тетя ловко протиснулась между людьми, стоящими около автомата, удобно уселась за столиком у окна, прислонила палку к стулу позади себя и решительно сказала:
— Закажи кофе. И коньяку… ты, конечно, пьешь коньяк?
Оставалось только подчиниться.
Он принес два кофе и два коньяка и сел напротив нее.
Тетя вынула из сумочки помятую пачку сигарет и протянула ему:
— Бери.
— Я, тетя, курю только по праздникам…
— Вот сегодня у тебя и праздник. Разве нет? — спросила она весело и с удовольствием, словно в подтверждение своих слов, выпила глоток коньяка. — Праздник; потому что мы встретились. — И снова засмеялась, смех ее напоминал удушливый кашель.
За окном был виден шумный перекресток, один поток пешеходов спешил перейти с солнечной стороны в тень, другой наоборот — из тени на солнце, по освободившейся дороге проплывали бесчисленные машины.
Тетя купила «Фечке», самые дешевые и самые крепкие венгерские сигареты, какие только были ему известны, из-за них, очевидно, она так осипла и смеялась, как завсегдатай пивного бара.
— Вы много курите? — спросил Бендл, чтобы поддержать разговор.
— Да нет, две пачки в день, не больше, — ответила она с достоинством и допила свой коньяк. — Видишь, я же тебе сказала, что не задержимся.
Не успел он потушить сигарету в пепельнице и допить коньяк, а тетя со своей неизменной палкой уже выходила через стеклянные двери на шумную улицу. Догнал он ее уже в толпе, она направлялась в сторону набережной.
— Я должен передать вам привет от жены и от всей нашей семьи, — вспомнил он.
— Я знаю, — тетя оставалась невозмутимой, — потом все расскажешь… теперь идем обедать.
— Куда?
— В лучшую столовую самообслуживания.
К счастью, столовая была недалеко, через одну улицу, и он не без удовольствия отметил, что о существовании этой уютной на вид столовой до сих пор не знал, хотя, конечно, несколько раз проходил мимо.
— Тетя, но здесь уйма народу, — встревожился он. — Сейчас, в полдень, наверное, самое обеденное время.
— Ничего. Здесь всегда быстро обслуживают. Ты и не заметишь, как подойдем.