Повести: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да нет, — засмеялась она. — Наверно, скорее всего Анна. Но Анико — это просто Анико…

Антракт был короткий, по крайней мере им так показалось.

Сидели они на балконе и следили сверху за цветными конусами света, в которых двигались по сцене актеры. Когда содержание оперы было недостаточно понятно, Анико шепотом объясняла. Но, разумеется, когда это было на самом деле необходимо. И в густом полумраке зала он встречал взгляд сияющих глаз, наклонялся и слушал, что она шептала, и сияние глаз обжигало его, ведь она была так близко…

Между тем на залитой красным светом сцене, словно в отблеске зарева, Янош Хари беззаботно распевал о том, какой прекрасной может стать жизнь, если только человек сам того захочет, сколько всюду веселья и забав, сколько радости и любви. Янош Хари смеялся и веселился, пел и танцевал, высоко подпрыгивая, его мягкие сапожки мелькали по сцене. Своим настроением он заразил и зрительный зал, все смеялись вместе с ним, восторженно аплодировали и, будь возможность, наверное, танцевали бы вместе с ним, а может, и запели бы… Наконец его бодрый, сильный голос отзвучал, взлетел под самый купол и рассеялся там. Оркестранты внизу уже складывали свои инструменты, сцену медленно закрывал золотисто-желтый занавес, зажглись огни. Но зрители продолжали бушевать. Янош Хари в форме простого солдата низко кланялся перед опущенным занавесом.

— Я вам очень признателен, — несколько сдержанно поблагодарил Бендл, когда после окончания спектакля они вышли из театра. — Действительно было чудесно.

— Да? — отозвалась Анико. — А я-то боялась, что вам не понравится.

— Странного вы были обо мне мнения…

— Я вас совсем не знала.

— А теперь знаете?

— Немножко знаю.

— Мне так неловко, я отнял у вас массу времени, — продолжал он. — Собственно говоря, сегодня весь день и весь вечер вы посвятили мне.

— Ну что вы, ничего особенного. Я очень рада, что вы довольны.

— Но ведь у вас свои интересы… свои знакомые…

— Конечно. Только это вовсе не значит, что я не могу пойти в театр.

— Вы бы наверняка нашли и более приятные развлечения…

— Это не развлечение, это работа.

— Ах, вот оно что, — сказал Бендл.

Какое-то время они шли молча.

На улице было все так же оживленно, как и до начала спектакля. Только неона, казалось, стало больше: вывески и указатели светили отовсюду и лезли прямо в глаза.

— Здесь вы перейдете улицу, а направо, совсем рядом, ваша гостиница, — вдруг остановившись, сказала она и подала ему руку. — А мне на трамвай.

— Я подожду вместе с вами.

— Зачем, не стоит…

— Мне все равно некуда спешить.

Напротив, на другой стороне улицы, светились широкие окна большого кафе, оттуда доносилась приглушенная музыка, видны были посетители у стойки бара. Временами музыка вырывалась из дверей и тут же тонула в уличном шуме.

— Жаль, что вы спешите, — как-то неуверенно проговорил он.

— Почему?

— Да-так… Можно было бы посидеть в кафе.

— В другой раз, — просто ответила она. — Наверняка такая возможность еще представится.

И вскочила в дребезжащий трамвай, который сразу же тронулся. Бендл еще увидел ее на площадке вагона, и ему показалось, что она помахала рукой.

Он сидел в кафе гостиницы за круглым столиком на двоих, пил лимонный сок, в котором плавали маленькие кусочки льда, и скучал. Спать не хотелось, усталости он не чувствовал — поболтать бы, да не с кем. В переполненном зале с обитыми плюшем креслами и диванчиками, с большими зеркалами на стенах каждый развлекался на свой вкус — в компании или вдвоем.