Саксонские Хроники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я сам его убил, лорд.

Я расхохотался. Мы убили много вражеских предводителей, но остались Сигурд и Этельволд, и у них достаточно сил, чтобы раздавить нас и разгромить армию Эдуарда, а потом усадить Этельволда на трон Альфреда.

– Помнишь, что сказал Беорннот? – спросил я у Финана.

– А я должен помнить?

– Он хотел знать, чем закончится история, – сказал я. – Я бы тоже хотел знать.

– Наша закончится здесь, – сказал Финан и перекрестился рукоятью меча.

Датчане снова пошли в наступление.

Они наступали медленно. Никто не хочет умирать, когда победа уже в руках. Людям хочется посмаковать эту победу, поделить богатство, которое приносит победа. Поэтому датчане никуда не торопились и шли вперед, плотно сомкнув щиты.

Кто-то в наших рядах запел. Песня была христианской, наверное, псалом, и многие подхватили ее. Она напомнила мне о моем старшем сыне, и я подумал, что был ему плохим отцом. Интересно, спросил я себя, а будет ли он гордиться моей смертью?

Датчане стучали клинками и наконечниками копий по щитам. Многие щиты были расщеплены ударами топоров, на одежде и лицах запеклась кровь, кровь их врагов. Я очень устал и то и дело поглядывал на тучи. Плохое место для смерти, думал я. Но мы не выбираем свою смерть. Этим занимаются норны под сенью Иггдрасиля. Я представил, как одна из трех богинь судьбы держит ножницы над моею нитью и готова перерезать ее. Поэтому сейчас для меня самое главное – крепко держать в руке меч, чтобы валькирии на крылатых конях отнесли меня в пиршественные залы Вальхаллы.

Я видел, что датчане орут на нас. Я не слышал их не потому, что был глух, а потому, что мир вокруг меня вдруг снова стал на удивление тихим. Из тумана вылетела цапля и пролетела над головой. Вот хлопанье ее крыльев я услышал, правда, звук доносился будто издали, а вот оскорбления врагов не достигали моих ушей. Поставить ноги на ширине плеч, перекрыть щиты, внимательно наблюдать за противником, быть готовым к контрудару. Я только сейчас заметил, что у меня болит правое бедро. Разве меня ранили? Я не решался проверить, так как датчане были близко, и я следил за наконечниками двух копий, зная, что они ударят в правую сторону моего щита, чтобы вынудить меня открыться для удара Сигурда. Я встретился взглядом с Сигурдом, и мы пристально смотрели друг на друга, а потом сверху полетели копья.

Они летели десятками из задних рядов противника, тяжелые, они дугой взлетали над передними шеренгами и вонзались в наши щиты. В таких ситуациях тем, кто стоит в передних рядах, приходится пригибаться и прикрываться щитами, и именно этот момент датчане выбрали для атаки.

– Всем выпрямиться! – закричал я, поудобнее перехватывая щит, который отяжелел от двух вонзившихся в него копий.

Мои люди кричали, охваченные яростью. Датчане с боевым кличем врезались в нас и принялись замахиваться топорами. Мы поддались под бешеным натиском, но удар выдержали. Началось противостояние двух сил. Нас было всего три шеренги, а у датчан – целых шесть, и они теснили нас. Я пытался колоть врагов «Жалом осы», но лезвие все время наталкивалось на щиты. Сигурд тоже пытался достать меня, он все время что-то орал, но сцепившиеся в схватке воины вынудили его отступить. Какой-то датчанин с открытым ртом и запачканной кровью бородой вонзил топор в щит Финана. Я хотел рубануть его «Жалом осы» по лицу, но мне помешал топор другого датчанина. Несмотря на все наши усилия, мы отступали, и датчане были так близко, что мы ощущали запах эля, которым разило от них. И тут началась новая атака.

Она начала слева от нас, с юга. По римской дороге неслись всадники с нацеленными копьями. Над ними развевалось знамя с драконом. Эти всадники появились из тумана, они оглашали окрестности боевым кличем и метали копья в задние ряды противника, в тыл врага.

– Уэссекс! – кричали они – Эдуард и Уэссекс!

Плотные ряды датчан дрогнули и прогнулись под натиском. Следующая шеренга всадников была вооружена мечами, которыми они тут же разили врага. Датчане видели, что вслед за первой и второй шеренгой всадников из утреннего тумана появляются следующие. Воины были в сияющих кольчугах, над ними реяли знамена с крестами, святыми и драконами. Датчане не выдержали и побежали обратно, под защиту противоположного от нас склона канавы.

– Вперед! – закричал я, почувствовав, что натиск датчан ослаб.

Я кричал своим людям, чтобы они гнали врага, убивали ублюдков, и мы все кричали так, будто нас выпустили на волю из долины смерти. Сигурд куда-то исчез. Я все же проткнул «Жалом осы» того самого датчанина с окровавленной бородой, и он рухнул нам под ноги. Датчане, пешие и верховые, уже бежали не разбирая дороги, бросая мечи и копья. Я увидел Стипу, огромного и злого, он рычал на врагов и орудовал мечом, как мясницким топором. Его жеребец кусался и лягался, вертелся во все стороны и бил копытом. Я знал, что отряд Стипы невелик, всего четыреста или пятьсот человек. Да, его неожиданная атака вогнала датчан в панику, но они скоро оправятся и снова пойдут в наступление.

– Назад! – проревел мне Стипа, указывая красным от крови мечом на юг. – Возвращайся!

– Подобрать раненых! – приказал я своим людям.

Всадники все прибывали. Их шлемы ярко блестели в сером свете дня, наконечники копий казались предвестниками смерти. Они яростно секли мечами убегающих датчан.

Мои люди понесли раненых на юг, подальше от противника, а перед нами остались лежать тела убитых и умирающих. Пока Стипа перегруппировал свой отряд, я увидел всадника, который пришпорил своего жеребца и поскакал вдоль нашей линии, низко пригибаясь к шее животного. Я узнал его, отбросил в сторону «Жало осы» и подобрал чье-то копье. Оно был тяжелым, но я все равно мощным толчком пустил его вперед. Лошадь упала, сбитая копьем, а всадник с испуганным воплем повалился на мокрую траву. Лошадь забила ногами, пытаясь встать, но тут обнаружилось, что нога всадника запуталась в стремени. Я выхватил «Вздох змея», подбежал к нему и перерезал кожаный ремень.

– Эдуард – король, – сказал я ему.

– Помоги мне! – Его лошадью занялся один из моих людей, а сам он попытался встать, но я пнул его. – Помоги мне, Утред, – сказал он.

– Я помогал тебе всю твою жизнь, – сказал я, – всю твою жалкую жизнь, и сейчас король – Эдуард.

– Нет, – воскликнул он, – нет!

Его пугала не мысль о царствовании его кузена, а мой меч. Меня буквально трясло от гнева, когда я проткнул его «Вздохом змея». Я проткнул ему грудь, и лезвие, легко пройдя через кольчугу, проломило грудину и ребра и вонзилось в поганое сердце. Он тихо вскрикнул, а я сильнее надавил на меч, и его крик превратился в выдох. Я наблюдал, как жизнь вытекает из него в землю Восточной Англии, и только после этого выдернул меч.

Итак, Этельволд был мертв. Финан, который подобрал «Жало осы», тронул меня за руку.

– Вперед, лорд, вперед! – позвал он.