Саксонские Хроники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я слышал, отец твой оправился от болезни.

— За что следует благодарить Бога, — вставил Коэнвулф.

— Аминь, — сказал Эдуард.

Но Альфред не мог прожить долго. Он уже был стариком, ему было далеко за сорок, и теперь он заботился о будущем. Король делал то же, что и всегда — устраивал вещи, приводил в порядок вещи, пытался навести порядок в королевстве, окруженном врагом. Он верил, что его зловещий Бог накажет Уэссекс, если королевство не будет благочестивым, поэтому пытался заставить Этельфлэд вернуться к мужу или — как я догадывался — в монастырь. В семье Альфреда не место явному греху, и эта мысль вдохновила меня.

Я снова посмотрел на Эдуарда и жизнерадостно спросил:

— Ты знаешь Осферта?

Эдуард покраснел, а отец Коэнвулф сердито уставился на меня, молча предупреждая, чтобы я больше не затрагивал эту тему.

— Вы не знакомы? — спросил я притворно-невинно. После чего окликнул Осферта: — Подожди нас!

Отец Коэнвулф попытался повернуть лошадь Эдуарда в сторону, но я поймал ее уздечку и заставил Этелинга поравняться со сводным братом.

— Расскажи мне, — обратился я к Осферту, — как ты заставишь мерсийцев сражаться.

Осферт нахмурился, гадая, к чему я клоню. Он посмотрел на Эдуарда, но не узнал брата, хотя сходство между ними бросалось в глаза. Оба они унаследовали длинное лицо Альфреда, его впалые щеки и тонкие губы. Лицо Осферта было более жестким, но и жизнь его была более жесткой. Его отец, стыдясь собственного бастарда, пытался сделать из Осферта священника, но тот стал воином — и привнес в это ремесло отцовский ум.

— Мерсийцы могут сражаться так же хорошо, как и все остальные, — осторожно проговорил Осферт.

Он знал, что я играю в какую-то игру, и пытался разгадать ее. Тогда, незаметно для Эдуарда и Коэнвулфа, которые ехали слева от меня, я сложил руку чашкой, изображая грудь. Осферт, несмотря на то, что унаследовал от отца почти полное отсутствие чувства юмора, не удержался от веселой улыбки.

— Их нужно вести, — уверенно ответил он.

— Тогда поблагодарим Господа за то, что у них есть господин Этельред, — сказал отец Коэнвулф, отказываясь смотреть прямо на Осферта.

— Господин Этельред, — свирепо проговорил я, — не может привести даже мокрую шлюху в сухую постель.

— Но в Мерсии так любят госпожу Этельфлэд, — сказал Осферт, теперь в совершенстве играя свою роль. — Мы видели это при Феарнхэмме. Именно госпожа Этельфлэд вдохновила тогда мерсийцев.

— Тебе понадобятся мерсийцы, — сказал я Эдуарду. — Если ты станешь королем, — продолжал я, подчеркнув слово «если», чтобы снова лишить его душевного равновесия, — мерсийцы будут защищать твою северную границу. А мерсийцы не любят Уэссекс. Они могут сражаться за тебя, но они тебя не любят. Некогда они были гордой страной, и им не нравится, когда Уэссекс говорит им, как следует поступать. Но одну особу из восточных саксов они действительно любят. И ты запрешь ее в монастыре?

— Она замужем… — начал отец Коэнвулф.

— Ох, захлопни пасть! — огрызнулся я. — Твой король использовал свою дочь, чтобы привести меня на юг, и вот я здесь — и останусь здесь, пока меня просит Этельфлэд. Но не думай, что я здесь ради тебя, или ради твоего Бога, или ради твоего короля. Если у тебя есть замыслы насчет Этельфлэд, тебе лучше включить в них меня.

Эдуард был слишком смущен, чтобы встречаться со мной глазами. Отец Коэнвулф злился, но не осмеливался заговорить, а Осферт ухмылялся мне.

Отец Хэберт прислушивался к беседе с ошеломленным видом, но теперь робко сказал, вытянув руку:

— Дом вон там, господа.

Мы повернули вниз по дороге, которую пробороздили колеи от колес повозок, и я увидел крытую тростником крышу между вязами с густой листвой. Я ткнул пятками коня, обогнав Эдуарда, чтобы увидеть дом Торстена, построенный на низком кряже над рекой.

За домом находилась деревня, ее маленькие домишки были разбросаны вдоль берега, где курилось несколько дымов.

— Они сушат там сельдь? — спросил я священника.

— И делают соль, господин.

— Там есть палисад?

— Да, господин.

Палисад никто не охранял, ворота стояли открытыми настежь. Торстен увел своих воинов к Хэстену, оставив только горстку людей постарше, чтобы те защищали его семью и земли, и эти люди были слишком благоразумны, чтобы затевать бой, который могли проиграть.