— Думаю, на той стороне. Я не уверен, но мне так кажется.
Финан молча прошёл ещё несколько шагов.
— Но если они хотят драться там, за лесом, почему просили нас ждать на этой стороне?
— Потому как хотят, чтобы мы были тут, — сказал я. — Гораздо интереснее — сколько они приведут людей.
— Всех, сколько есть! — ответил Финан.
— Нет, не всех.
— Очень уж ты уверен, — засомневался он.
— Разве я когда-нибудь ошибался?
— Господи, ты хочешь, чтобы я перечислил весь список?
Я засмеялся.
— Ты встречался я архиепископом Хротвердом. Какой он?
— Он неплохой человек, — сказал Финан.
— Правда?
— Лучше не бывает. Он напомнил мне отца Пирлига, только не такой толстый.
Это говорило в пользу архиепископа. Пирлиг — валлийский священник и человек, с которым можно и выпить, и сражаться бок о бок. Я доверил бы отцу Пирлигу свою жизнь, более того, он не один раз меня спасал.
— О чем вы говорили?
— Этот бедняга расстроился из-за Константина. Он про него расспрашивал.
— Он был огорчён?
— Без позволения Константина трудно будет восстановить Линдисфарену.
— Константин может дать разрешение, — ответил я. — Он же вроде как христианин.
— Ну да, так я и сказал.
— Он спрашивал про Беббанбург?
— Спросил, не думаю ли я, что Константин его захватит.
— И что ты ответил?
— Не в этой жизни. Только если возьмёт измором.
— Так он и поступит, — сказал я, — весной.
Некоторое время мы шли молча.
— Странно, — прервал я молчание, — Брунульф строит церковь, а Хротверд восстанавливает монастырь. Совпадение?
— Люди постоянно что-то строят.
— Верно, — согласился я, — но всё же это странно.