— Вошла ногами. Хильда, оставь, пожалуйста. Я расскажу потом. Да, Саймон, эти просто очаровательны. Но наполни-ка бокал Акселя и предложи ему этих забавных с виду оливок.
— Ради всего святого, не пытайся заставлять Саймона ухаживать за Акселем. Тебя не поблагодарят.
— Оставь эти тонкости, Хильда. Ты действуешь мне на нервы.
— Значит, ты все-таки расстроена.
— Хочешь, чтоб я расплакалась?
— А если кто-то не понимает читаемого и не получает от чтения удовольствия, что же, от этого хуже только ему. Я понимал и любил книги, которые читал в Оксфорде. И до сих пор прочитанное — со мной.
— В самом деле? Когда ты в последний раз открывал Гомера или Вергилия?
— Что ж, признаю, в последние годы не открывал.
— Так что они не составляют части твоей жизни!
— Нет, составляют. Я впитал их. И они входят в мою шкалу ценностей.
— И что же это за шкала ценностей?
— Та, что дает мне почувствовать, что одно произведение лучше другого.
— Например?
— Например, Шекспир лучше Суинберна.
— Ты говоришь это, потому что так принято говорить. Это не результат твоего анализа, ты этого не чувствуешь. И вообще давным-давно ничего не анализируешь. Когда ты в последний раз сам сравнивал Шекспира с Суинберном? И когда ты вообще в последний раз читал Шекспира?
— Признаю: довольно давно.
— Зуб даю, ты вообще не читал всех пьес Шекспира.
— Несколько малоизвестных, возможно, и не читал…
— Ну и колючие же у тебя розы, Хильда! Аксель, будь добр, дай мне твой носовой платок. Возиться нагишом с розами — это, скажу я вам, испытание.
— Ну так оденься.
— Именно так я и поступлю. Но не трогайте мои розы. Хильда, можно я отмотаю на кухне немного проволоки?
— Конечно. Так, значит, он был спокоен и ничего не предлагал?
— Он бормотал.
— А ты держалась холодно и деловито? — Да.
— Боялась вдруг расплакаться и кинуться ему на шею?
— Пока не пришла туда, да. Там — нет.
— И почему — нет?
— Он вдруг показался мне просто бесцветным. Когда я раньше думала о Таллисе, мне всегда вспоминалось «благословенны нищие духом», а теперь вспомнилось «у неимущего отнимется даже то, что имеет».
— Знаешь, мне часто казалось, что разница между этими изречениями вовсе не так велика.
— Оказывается, меня мучили воспоминания, а вовсе не нынешняя ситуация.