Торин откатился от удара и вскочил на ноги, но облегчение было не долгим. Из листвы выскочило двое людей. Мозг Торина лихорадочно работал. Мужчины. Примитивные. Каждый носил набедренную повязку и держал по одному самодельному копью. Вероятно, люди на которых так нравилось охотится гигантам.
Тот, что справа, заметил Кили и поднял оружие, готовясь бросить его.
Враг.
Опять же Торин не стал тратить время на переговоры. Он просто бросил клинок — вспорол горло мужчины — хлынула кровь, когда тот упал сначала на колени, затем лицом в лужу; его копье оказалось бесполезным.
Другой мужчина… давайте назовем его Тарзаном… оскалился и поднял свое оружие.
Торин сжал в руке второй клинок.
— На твоем месте я не стал бы этого делать.
— О, здорово! — Кили подскочила и захлопала в ладоши, луч света внезапно осветил ее. — Два сексуальных воина бьются на смерть. Это намного лучше, чем схватка с пауками. У тебя есть мое одобрение, Торин. Продолжай.
Темные глаза Тарзана расширились — слегка от удивления и очень сильно от ненависти.
— Ты, — выдохнул он. — Мы слышали, что ты вернулась, но я считал, что слухи необоснованные, и ты бы никогда не осмелилась вернуться.
— Я? — Кили огляделась, потом похлопала себя по груди. — Думаю, ты ошибся девушкой.
— Как будто о тебе можно забыть. Ты почти разрушила мою деревню, вырвала с корнем все наши священные деревья… в мгновение ока… и избила ими весь клан.
— Да? Ну, уверена, на то у меня были веские причины. — Кили задумчиво постучала по подбородку. — Но у меня проблемы с памятью. Возможно, это еще одна жертва Коробки Ожидания.
Торин сосредоточился на Тарзане и приготовил клинок.
— О, я знаю! — воскликнула Кили. — Ваши люди обычно бросают детей в огненные ямы, жертвуя своим богам. — Ее глаза сузились, деревья рядом с ней поднялись из земли и зависли в воздухе. — С этим у меня большие проблемы.
— А у меня проблема с тобой. — Тарзан, подобно смертоносной ракете, помчался к ней. На середине пути, Кили замахнулась в него деревом. Он приготовился к атаке и нырнул, проскользнув под стволом… а затем просто продолжил наступление.
Торин бросил нож, попав парню в грудь… нет, спину. Воин двигался быстрее, чем ожидалось… и врезался в Кили, сбивая ее с ног, и прижимая к земле, а потом сжал руками ее шею, кожа к коже.
Темный туман окутал Торина, дикий рев вырвался из глубины его горла. Он бросился на парня и оторвал его от Кили. Они упали на землю и покатились, Тарзан принял на себя основной удар. Спустя мгновение они перестали двигаться, Торин сел на него и начал избивать. Сломал парню нос. Порвал губы и выбил зубы. Вывихнул челюсть.
— Ты никогда больше не притронешься к королеве.
Глаза Тарзана закрылись, тело обмякло, а голова завалилась в сторону.
Торин не унимался. Красная Королева его. Только его. Больше ничьи руки не могли касаться ее. Сперва он умрет.
— Хватит, — окликнула его Кили. — Живым он станет отличным лабораторным экспериментом. По этой причине я не переместила его отсюда, прежде чем он напал.
Чтобы узнать, какую болезнь она распространяет? Умно.
Торин взглянул на Тарзана.
— Поздравляю. Я решил тебя пощадить… так я смогу могу посмотреть на твои страдания. — Он выпрямился и пристально взглянул на Кили. Она всё ещё оставалась на земле и беспокойно заставило Торина броситься к ней.
— Что случилось, принцесса?
Она перенесла вес на локти, пряди ярко-рыжих волос обрамляли раскрасневшиеся щеки. Синяки уже испортили изящный изгиб шеи. Прикусив губу, Кили заговорила:
— Кажется я вывихнула лодыжку.
— Дай мне посмотреть. — Он нежно приподнял край ее штанов. Припухлость, небольшое покраснение. Ярость захлестнула его. Торин собирался было подняться и вернуться к Тарзану… Вырву ему глотку… зубами. Но Кили схватила его за запястье и остановила.
— У тебя кровь на лице, — сказала она, с мягкими женственными нотками в голосе… одно это заставило его грудь мучительно сжаться.