Армии мусульманского Востока, VII - XI века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГОСУДАРСТВА-ПРЕЕМНИКИ

В возникших после распада халифата Аббасидов небольших государствах армии в основном формировались по тому же принципу, что и при халифах. Разумеется, местные условия накладывали свой отпечаток и вели к изменениям, но прошло некоторое время, прежде чем традиции аббасидской тяжелой конницы были окончательно отринуты.

Двор Хамданидов в Сирии прославился покровительством арабской поэзии, а также ожесточенным сопротивлением византийской экспансии. При этом сходство между византийской и хамданидской армиями было большим, чем между Византией и остальными ее соседями, и прослеживается в организации тяжелой конницы, строительстве укреплений и тактике. Но сходство это было неполным. Хамданиды, сохраняя общее единство с их византийскими противниками в стрельбе из лука, отдавали предпочтение традиционному длинному арабскому копью и кольчуге, что получило отражение в поэзии этого периода. Арабский конник, потерявший копье, даже если сохранял при себе другое оружие, уже опасался противника, вооруженного так же, как и он сам. Такой же подход проявился и спустя четыре века в ранних из сохранившихся арабских наставлений по военному делу.

Если большая часть сирийских и анатолийских укреплений были выстроены из камня, то в Ираке и Месопотамии их обычно строили из кирпича. Примерно 2/3 таких кирпичных ворот сохранилось в Ракке — некогда цветущем городе в долине Евфрата, основанном багдадским халифом Майсуром (754–775). Восточные ворота, вероятно, можно датировать этими годами.

Было ли снаряжение арабов государственным, как это имело место при халифате Аббасидов в IX–X вв., остается неизвестным. Вероятнее всего, арабские воины закупали вооружение в таких высокоразвитых центрах по производству оружия, как Алеппо.

Включало снаряжение хамданидского конника конские доспехи или нет, но оно было таким тяжелым, что ему трудно было менять коня в ходе сражения. В этом нет ничего удивительного, особенно если мы познакомимся с описаниями арабской конницы в этом регионе в середине X в. Например, конники племени бану хабиб, соперничавшего с Хамданидами, имели мечи и копья из бамбука, кольчуги, золоченые ламеллярные панцири с покрытыми парчой кольчужными капюшонами.

В X–XI вв. вновь заявили о своем существовании курдские племена. Их воины обычно были вооруженными мечами конниками, часто более тяжело вооруженными, чем арабы, и на более тяжелых, видимо иранских, конях.

Особое значение, которое придавалось тяжелой коннице в Сирии и Египте в период распада халифата Аббасидов, вовсе не означает, что легкая конница прекратила свое существование. Политические беспорядки и, возможно, упадок оружейного производства могли стать причиной повсеместного возрождения легкой конницы. Так, второй правитель Египта из династии Тулунидов, баснословно богатый Хумаравах набрал целое подразделение своей личной охраны из воинственных бедуинов района восточной Дельты. Они также представляли собой легкую конницу.

(1) Бамбуковый лук пророка Мухаммеда (Музей Топкапу музеи, Стамбул). (2) Кавказский композитный лук VIII–IX вв. (Музей этнографии, Санкт-Петербург). (3) Кожаный чехол для лука с тетивой; Кавказ, VIII–IX вв. (Музей этнографии, Санкт-Петербург). (4) Бронзовое кольцо, одевавшееся на большой палец при стрельбе из лука из Евстата, Египет, 750–850. (Музей исламского искусства, Каир). (5) Наконечники тюркских стрел из Монголии, VII—Х вв. (6) Наконечник тюркской стрелы из Восточного Туркестана, IX–X вв. (Берлин). (7) Наконечники стрел из Алеппо, Сирия, XI–XIII вв. (Национальный Музей, № 0326-9.4, Дамаск)

Мирдасиды, правившие в северной Сирии после падения Хамданидов, были, вероятно, тесно связаны с бедуинами, и их армия имела более племенной характер, чем у их предшественников. Тем не менее, она была достаточно эффективной для того, чтобы разгромить огромное византийское войско в 1030 г. Причем многие из конников Мирдасидов не использовали стремена. Эти бедуинские всадники, описанные византийским хронистом как «отважные всадники, скачущие без седел», могли совершать набеги на принадлежавший Газневидам Восточный Иран, где их называли «отчаянными наездниками».

Падение власти Аббасидов на Востоке в середине IX в. привело к образованию ряда независимых государств. В армии Саффаридов, правивших в Восточном Иране, были возрождены традиции иранской конницы. Здесь также использовали арабских и индийских наемников, так как местные арабские племена хотя и продолжали сохранять свою идентичность, по постепенно утрачивали военную силу.

Это возрождение иранских традиций в еще большей степени заявило о себе в период правления династии Саманидов, которая из своего центра в Трансоксиане завоевала в X в. большую часть восточных территорий исламского региона. Скорее всего, именно саманидская армия описана в знаменитом эпосе «Шах-наме» и, хотя само повествование явно относится к доисламскому периоду, некоторые военные особенности, похоже, отражают современную Саманидам практику. Так описывается молодой вельможа, обучающийся верховой езде и владению луком и арканом. Его снаряжение меняется но ходу повествования и включает кольчугу, стеганый кафтан, различные шлемы, копье, аркан, лук и булаву. Очевидно, копьями сражались в начале битвы, затем пускали в ход меч и булаву. Поводья коня были ослаблены, а колени и стремена плотно сжаты, так как при атаке конника на них в большей степени, чем на седло, как позднее в Европе, приходилось напряжение от удара.

Саманидский боевой порядок, как это прослеживается в «Шах-наме», сохранил традиции раннего периода. Впереди выстраивалась пехота, вооруженная копьями, которые использовались как пики. За нею располагались пехотинцы в кирасах, метавшие дротики или стрелявшие из луков. Позади пехоты размещалась конница, а боевые слоны, если таковые имелись в наличии, прикрывали тыл. Тяжелая конница гулямского типа почти наверняка играла решающую роль. Часто упоминаются конские доспехи, а иногда конкретно указывается кольчуга для коня. Кое-где конские доспехи были из войлока, хотя они легко разрубались ударом меча. Правда, громоздкие доспехи также могли быть перерублены и, кроме того, не давали наезднику возможности уйти от погони.

Почти такие же войска составляли ядро газневидской армии на востоке исламского региона в XI в. Хотя там больше полагались на конных лучников, а из оружия отдавали предпочтение булаве и изогнутой сабле калачур.

На северо-западе Ирана и на Кавказе сохраняла свою эффективность тяжелая конница, особенно вооруженная мечами и использующая защищенных доспехами коней. Народы этого региона не играли большой политической роли, но то и дело упоминаются в разных источниках, например в хронике первого крестового похода «Деяния франков» (Gesta Francorum). Там, в частности, отмечено, что в тюркскую армию при Дорилее входило большое количество агуланов, возможно, имеются ввиду агованы из северного Азербайджана, которые сражались исключительно мечами, носили железные чешуйчатые или пластинчатые доспехи и ездили па конях, защищенных такими же доспехами.

Упадок Аббасидов на Западе привел к тому, что в военной области здесь сложилась более чем где бы то ни было запутанная ситуация. Здесь не произошло быстрого возрождения сравнительно отсталых берберских военных обычаев. Вместо этого возродилась арабская тактика, причем как среди самих арабов, так и среди берберов, принявших арабские обычаи.

Нам мало что известно о военном снаряжении в армии исламской Сицилии, но, скорее всего, там преобладали легковооруженные войска, хотя кольчуги здесь также были достаточно распространены. Булава продолжала пользоваться популярностью у мусульман даже при правлении нормандцев (XII в.) и упоминается в южно-итальянских источниках (в которых прослеживается сильное влияние ислама). Булава была типично арабским видом оружия, поскольку о ней не сохранилось упоминаний среди берберов, принявших на себя основной удар во время экспансии Фатимидов в X в.

Керамические изделия X в., обнаруженные при раскопках в Нишапуре (Хорасан) часто украшены изображениями воинов в доспехах, вероятно, из армии Саманидов. Большинство воинов изображено сидящими на конях. На данной иллюстрации изображен и пехотинец с двумя дротиками и большим щитом, следующий за всадником, одетым в короткую кирасу поверх кольчуги. (Музей восточного искусства, № 2629/3258, Рим)

Берберы, основным оружием которых продолжали оставаться дротики, вскоре оказались неспособными противостоять коннице гулямов. Тем не менее, они продолжали играть достаточно важную роль, пока не потерпели поражения во время гражданской войны Фатимидов в середине XI в. Видимо, отсутствие тяжелой конницы привело к тому, что берберские всадники были отброшены на второстепенные роли даже войсками ранних Фатимидов.

Конечно, некоторые берберы стали к концу IX в. использовать арабских коней и луки, но ясно и то, что кочевники Сахары обладали ограниченным количеством коней даже в середине XI в. Племена побогаче, такие, например, как Санхайа, могли выставить смешанную армию из конницы и пехоты, но, видимо, лишь ничтожно малая часть их воинов имела доспехи. Во всех этих североафриканских и египетских войсках по-прежнему преобладало тактическое взаимодействие между пехотой и конницей. Одной из вариаций, характерных для берберов, могла быть атака пехоты под прикрытием конницы, тогда как арабы предпочитали дожидаться атаки противника.

Турецкая конница гулямов, как оставшаяся от предыдущих правителей, так и вновь набранная в Сирии, вскоре оказала глубокое влияние на военные воззрения Фатимидов. Она должна была также оказать влияние и на конников фатимидской державы, которые не были гулямами — например, в 991 г. египетские конники описывались как одетые в кольчуги и шлемы, а кони их также были защищены доспехами. Полвека спустя вся конная элита появлялась на параде защищенная таким же образом, хотя, конечно, можно предположить, что остальная часть войска не была снаряжена так же хорошо.

Сохранилось очень немного образцов раннеисламских доспехов, правда, гораздо больше их сохранилось в соседних культурах, где пользовались сходным снаряжением. (А) Отдельная пластина и порядок соединения комбинированного бронзового и железного доспеха, обнаруженного в Хазри-абу-Наср (Юго-Западный Иран) в середине VII в. (Метрополитен-музей, Нью-Йорк). (В) Кожаные пластины и отдельная пластина из Мирама, юго-восточный Туркестан, конец VIII — начало IX вв. (Британский Музей). (С) Отдельная пластина и край ламеллярного панциря из Сан-Пао, Восточный Туркестан, X–XIII вв. (D) Отдельная пластина из Ицин Гола, Восточный Туркестан, X–XIII вв.

Усиление доспехов всадников, по-видимому, стало причиной того, что в конце XI в. в фатимидской коннице исчезли дротики. Тем не менее, в остальных регионах Северной Африки продолжала преобладать легкая конница, и это стало еще заметнее после нашествия арабских племен бану хиляль. Бедуинские воины в течение долгого времени использовались в Египте в качестве вспомогательной конницы. Вероятно, это были достаточно эффективные и хорошо обученные войска, хотя и легковооруженные. Многие из них в течение XI в. мигрировали на запад, хотя общая их численность продолжала оставаться небольшой. Потеря берберских территорий в Северной Африке, а также и невозможность пополнять свои войска рекрутами с восточных территорий после завоевания Ирана, Ирака и Сирии турками-сельджуками, означала для армии Фатимидов серьезное ограничение людских ресурсов. Увеличение набора за счет армянских наемников и освобожденных африканских рабов, а также привлечение городского ополчения ахдат в Сирии не могло компенсировать эти потери. При этом нельзя забывать, что основная часть египетского населения продолжала оставаться христианским. Фактически именно нехватка численности войск вынуждала Фатимидов так рассчитывать на свой флот, поскольку такая стратегия давала им возможность быстро перебрасывать небольшие соединения хорошо оснащенных войск в опасные для них регионы.

В VII–XI вв. почти во всех мусульманских войсках несли службу пехотные подразделения. Такими, например, в начале VIII в. были вооруженные только пращами воины берберских племен, которые сражались почти обнаженными. Местные волонтеры муттавьях также сражались в пешем строю против язычников и еретиков на многих направлениях, хотя обычно они могли воевать только в течение ограниченного периода времени. Так же действовало и временное городское ополчение ахдат. Впервые они появились в IX в. в Северной Месопотамии и Ираке, где их обязанностью была защита собственных городов и, хотя в их рядах были и конные воины, большинство сражалось пешими.

Большая часть Армении в IX–X вв. находилась под владычеством мусульман, что нашло отражение в описаниях ее армий, также сохранивших, впрочем, и византийские традиции. В храме Гагика начала X в. сохранилось множество великолепных резных украшений. Одним из них является данное изображение святого, сидящего верхом на коне и одетого в чешуйчатый доспех, разновидность которого, вероятно, получила распространение вдоль постоянно разрываемой в ходе военных действий анатолийской границы. (Храм Гагика, озеро Ван)