— Это правильно, — одобрил он. — Мы должны проявлять максимальную осторожность и в разговорах, и в поступках. Все мы. В стране становится все опаснее. Я хочу поговорить с Зан, чтобы она перестала посещать разные митинги, пока живет у нас. И к тебе, кстати, это тоже относится.
— Нелс, ты сам-то себя слышишь? — поинтересовалась я. — Вспомни обо всех мужественных людях, которых ты поддерживал все эти годы. Людях, которых бросали за решетку только за их убеждения. Как же у тебя могут возникнуть проблемы из-за посещения Зан митинга против призыва в армию? Или моего… моего…
Я начала предложение, которое не знала, как закончить. Нелс тут же насторожился:
— Твоего — что, Марта? Что ты сделала, из-за чего у меня могут возникнуть проблемы?
— Ничего! — Я вспомнила о Либби Вайсман, о полицейских фотографиях на похоронах Тандо и о Молмане. О нем — особенно.
— Я же сказала, что твои дела меня не касаются.
Он не поверил.
— Послушай, — сказал он. — Игра здесь подходит к концу, и ставки возросли необычайно. Ты знаешь, что сейчас никто не может считать себя в безопасности, ни один из нас. Ты можешь оказаться за решеткой, если не хуже. Ты помнишь свое обещание, которое дала сразу после свадьбы?
Это явилось последней каплей. До тех пор я искренне пыталась сделать вид, что Беатрис не существует, что она не имела никакого значения хотя бы на один этот вечер. Я грохотом поставила стакан.
— После свадьбы мы оба дали обещания друг другу. Я буду выполнять свои, если ты не будешь забывать о своих! — Я выскочила из гостиной и бросилась в спальню.
Нелс пришел очень не скоро. Мы не разговаривали.
Наконец он уснул. Но я лежала с открытыми глазами, и мои мысли перешли с Нелса на него. На самом деле я думаю о нем постоянно. Интересно, когда мы увидимся. Не могу этого дождаться.
Позже…
У нас только что была гостья. Пенелопа. Что за визит! Все было бы даже забавно, если бы не было так грустно.
Она приехала около трех часов пополудни. Слава Богу, с водителем. Мы с Финнисом копались в саду, подрезая розы. Нам нравится это делать вместе и сравнивать результаты. Когда розы цветут, сад просто великолепен, и я считаю, что во многом это благодаря тому, что мы их правильно подрезаем. В кроне дерева громко перекликались сорокопуты.
Я заметила, как к дому подъехал «ягуар». Из него вылезла Пенелопа и, неловко семеня ногами в нелепых белых туфлях на шпильках, позвонила у входной двери. Я подошла сзади и поздоровалась. Я думала, она лопнет от злости! На ней были ярко-желтые брюки в обтяжку и белая блузка с оборками. Я не видела ее уже лет пять. За эти годы она сильно располнела, все как-то обвисло, волосы выкрашены в оранжевый цвет, плохо сочетавшийся с брюками. Я видела ее фотографии сразу после свадьбы с Нелсом. Она была потрясающе красива: изумительная фигура, длиннющие ресницы, выразительные светящиеся глаза. Даже несколько лет назад она еще сохраняла остатки былой красоты. Но не теперь. Теперь она была старой, толстой и ожесточенной.
— Привет, Пенелопа, — сказала я с вежливой улыбкой.
— Я приехала за своей дочерью.
— Я не знала, что вы договаривались.
— Мы не договаривались, но я приехала за ней.
— То есть?
Пенелопа выпрямилась во весь рост. Она намного ниже меня, но стояла на ступеньке и была на шпильках, поэтому смотрела на меня сверху вниз.
— Вы забрали мою дочь, и теперь я увожу ее обратно. Вы держите ее здесь и запрещаете видеться со мной. Я этого не допущу!
Ее акцент всегда раздражал меня своей гнусавостью. Только сейчас я обратила внимание, что она растягивает слова. В воздухе появился запах алкоголя. Меня это не удивило.
— Ей двадцать четыре года, — напомнила я. — Она может приезжать и уезжать, когда захочет. Ты не можешь ее забрать, а я — удержать.
— Ты украла ее у меня, так ведь? Как украла мужа и газеты моей семьи?
Меня так и подмывало признать, что я украла его, что мне стыдно и что она может забрать его обратно. Представляю, какую чудесную пару они могли бы теперь составить с Нелсом!
— Кстати, о газетах. Я слышала, вы их продаете? Это так?
— Насколько я знаю, да.
— Так вот, надеюсь, Нелс не забыл, что эти газеты принадлежат моей семье. Если он продаст, то, как порядочный человек, должен вернуть эти деньги мне.