Последний резерв: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На месте допроса земля вспухла малозаметным бугорком свежей могилы, аккуратно обложенной дерном. Ни один следопыт не найдет, пока не наступит…

Группа лейтенанта Райха уже почти месяц моталась по джунглям, а об отводе из леса не шло и речи. Командование неутомимо ставило по радиостанции очередные задачи, «нарезая» новые квадраты джунглей для поиска и зачистки. Из кожаного мешочка, снятого с пояса пленного, офицер вытряхнул на ладонь невзрачные серые коконы личинок. Подчиненные валились с ног от усталости. Скоро их можно будет брать голыми руками. Запас человеческих сил давно закончился. Солдаты пока держались на силе воле и его приказах.

Рация пискнула и выдала координаты нового квадрата. По данным космической разведки, там находилось несколько разрозненных групп вооруженных колонистов. Плевое дело для его группы. Во всяком случае, так мудро решило старшее командование из далекого штаба. До него было так же далеко, как до звезд. Партизаны были намного ближе. Рукой подать. На расстоянии одного дневного перехода. Но это расстояние еще надо было преодолеть, пройти, проползти. Если надо, то и «на зубах», но дойти, вступить в бой и уничтожить.

Мешочек пошел по кругу. Кто-то глотал серые природные пилюли, другие равнодушно размалывали их зубами. Тинь оказались горько-мерзостными на вкус. На это не обратили внимание. Подобные мелочи не могли смутить людей, для которых лес давно стал вторым домом. Случалось употреблять в пищу и более пакостные создания, не входящие в рацион. От пайков давно не осталось даже упаковки. Людей забрасывали в лес на две недели, а вышло как обычно…

Аэробот стремительно скользил под облаками, возвращаясь с рядового разведывательно-патрульного задания. Заодно летчики опорожнили подвесные баки со спорами грибов.

Нехватку съестных припасов, жизненно необходимых белков и углеводов испытали на себе не только разведывательно-диверсионные спецгруппы, но и запертые в джунглях повстанцы. Маленькие отряды на свой страх и риск рыскали по непроходимым чащам в поисках врага. Использовались самые разные методы борьбы с лесной «оппозицией».

В арсенале военных присутствовало ноу-хау, разработанное специально для этой планеты. Влажный климат джунглей стал естественным парником для разных видов грибов. От разнообразия их видов и форм у людей, впервые ступивших под сень леса, рябило в глазах. Грибы были повсюду. Некоторые в борьбе за выживание умудрялись закрепиться даже на камнях. Самым распространенным был съедобный гриб, внешне схожий с земным дождевиком. Он употреблялся в пищу в любом виде, хоть и сырым, стоило лишь очистить его от тонкой кожицы. Этот гриб составлял основу рациона лесных мстителей, поэтому встала задача сделать его несъедобным.

Вопрос решили в военных лабораториях быстро. В спорах изменили ген таким образом, что при созревании гриб начинал вырабатывать сильнодействующий токсин. Попадая в организм человека, он поражал нервную систему и вызывал паралич, но не был смертелен. Убивать врага не входило в планы военных, замысел был таков: больной становится обузой, ему требовалось лечение, уход. Чем больше партизан, пораженных ядовитыми грибами, тем скорее они теряют мобильность. Отряды из боевых единиц превращаются в полевые госпитали, неспособные вести боевые действия против войск Содружества. Кто бросит больного товарища? На этом и строился весь план.

Споры ядовитых грибов несли в контейнерах спецгруппы, уходившие в лес на задание. Ими засевали звериные тропы, а животные разносили их на шустрых лапках в глубь джунглей.

Грибы нанесли врагу урон не меньший, чем огненный бинапалм, щедро льющийся с небес. Активная фаза боевых действий на время сошла на нет. Потом все закрутилось по новой в вихре зубодробительной карусели.

Летчики заодно провели подробную съемку тех районов, которые были выбраны после обработки материалов, полученных со спутников-шпионов. Возможности оптики аппаратов, развешенных на околопланетной орбите, были не безграничны. Они сверкали блестящими корпусами за пределами атмосферы, словно игрушки на новогодней елке, но перепроверять их данные должны были рабочие лошадки из Военно-воздушных сил.

Летуны провели съемку указанных районов и с чувством выполненного долга возвращались на базовый аэродром мобильной группировки.

Под облаками им нечего было опасаться. У повстанцев и в помине не было ни боевого воздушного флота, ни систем противовоздушной обороны. Стрелковое оружие на такой высоте не могло причинить ни малейшего вреда. Пулям не дотянуться до небес.

Судьба постоянно вносит коррективы в жизнь людей. Видимо, тыловые крысы подсуетились, продав противозенитные ракетные комплексы со складов вооружения. Во время войны никому не удавалось отменить торгово-денежные отношения. Товаром стало оружие, а деньги — они всегда остаются деньгами.

Ракета класса «земля — воздух» с пышной грудью и тонкой талией угодила точно в воздухозаборник левого двигателя. Аэробот клюнул носом и ринулся навстречу земле. Запас живучести машины давал еще две минуты управления, за которые надо было успеть совершить вынужденную посадку. Подходящей посадочной полосы в джунглях не нашлось. Рухнули прямо на лес…

Рация требовательно пискнула и сквозь треск помех выдала новое задание спецназовцам. Голос в наушнике доверительно сообщил:

— Я Кочевник, вызываю Пересмешника. В восемнадцатом квадрате совершил вынужденную посадку патрульный аэробот. Подбит из ПЗРК. Экипаж жив. Имеются раненые. Из-за наличия зенитных комплексов эвакуация с воздуха невозможна. Твоя группа к летунам ближе всех. Эвакуируй всех живых. Бот взорвать. Потом мы вас всех заберем. Конец связи.

Лейтенант первого класса Райх, командир спецгруппы с позывным «Пересмешник», подтвердил получение новой команды сверху.

«Все складывается хуже не придумаешь. Не успели приступить к выполнению приказа, а задача успела измениться».

Первое задание теперь выглядело намного привлекательнее и проще.

К месту экстренной посадки со всех уголков джунглей будут стекаться все, кому не лень. В первую очередь те, кто их сбил. Аэробот — лакомая добыча. А за пленных летчиков можно будет выторговать у командования планетарной группировки все, на что хватит фантазии у партизан. Если, конечно, сразу не повесят на ближайшем дереве или не закопают по шею в муравейники. С любителями поливать джунгли из-под облаков бинапалмом разговор обычно был коротким.

Наскоро перекусившие серыми коконами спецназовцы рванули в указанный квадрат. Еда поначалу показалась на один зуб. Здоровым мужчинам личинки были что акуле мышка. Однако многокилометровый марш до места вынужденной посадки они преодолели на удивление быстро. Это с учетом того, что им приходилось стороной обходить места, наиболее удобные для засад.

Обтекаемый сигарообразный корпус воздушной машины сильно пострадал во время приземления. Оставалось удивляться, что никто из экипажа не погиб. Все, кроме одного, получили ранения или переломы той или иной степени тяжести. От гибели летчиков уберегли противоперегрузочные кресла-полукоконы. Отрицательная перегрузка попыталась выбросить людей со своих мест. Но сработала автоматическая система притяга амортизационных ремней.

Борттехник сидел в кресле, безвольно свесив голову на грудь. Бортинженер нажал на замок, отстегнув привязные ремни. Он встал, сделал шаг и упал. Нога подломилась, в нос ударил запах крови. С пола он увидел командира, сидевшего за разбитой панелью управления, и треснувшие экраны мониторов. Приборы управления вышли из строя во время приземления.

«Долбаная ракета».

Система отстрела ложных целей не сработала. Удивительно, но главный бортовой компьютер не опознал ее как чужую.

Рука командира свесилась с кресла. На голубом фоне рукава комбинезона белели сломанные кости, проткнувшие ткань.

Перед глазами инженера появились черные ботинки. Бортстрелок уцелел. На нем не было ни царапины. Бортинженер не вскрикнул, не застонал.

Пластиковый пол притягивал к себе, словно магнит иголку. Летчик чувствовал его затылком и спиной. Было необычное ощущение, будто сломанная нога уже растворилась в нем.

— Командир… техник… — услышал он собственный голос, успев удивиться незнакомым интонациям. Разбитые губы превратились в оладьи и не желали нормально произносить слова. — Живы?