Я дрался на бомбардировщике. "Все объекты разбомбили мы дотла": читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Я, Богачев, командир — три и еще пара человек. Человек пять. Остальные топмачтовики. Молодые.

- Впереди у вас пулеметы, пушки стоят, в какой момент открывали огонь по кораблю?

- Топмачтовик с 1000 метров начинает стрелять. Бросает примерно с расстояния 250 метров. Они всегда проскакивали или по носу, или по корме корабля. А кто и напрямую.

Я не мог стрелять, потому что у меня всегда впереди самолет.

— Потери среди торпедоносцев меньше, чем среди топмачтовиков?

— В первое время потери топмачтовиков были больше. А потом, когда они раскусили, так они топмачтовиков не трогают, а бьют по торпедоносцам.

- Что вы можете сказать о Полюшкине?

- У него четыре ордена Красного Знамени, но это был безалаберный летчик. Что-то невероятное! Никаких правил не соблюдал. Машина болталась как хочешь! Но именно поэтому по нему было трудно стрелять. И он выходил невредимым из боя за счет безалаберного полета. Как проверять технику пилотирования — это ужас!

- Приметы, предчувствия, суеверия были?

- Никаких предчувствий у меня не было. Никаких талисманов. И водку редко когда пил. Только когда взбучку дадут, а еще если кто-то погибнет, то 100 грамм выпивал за ужином, а потом в казарму. Жили все вместе, квартир не было. Летчики, офицерский состав — отдельно. Стрелки-радисты, срочной службы — тоже отдельно. Технический состав тоже отдельно.

- Стрелки и летчики в одной столовой питались?

- В одной. Один ряд столов, второй ряд и третий ряд. В двух рядах летчики и штурмана питаются, а третий ряд — срочная служба. Рядом. По точно такой же норме.

- Женщины в полку были?

- Были. Бывало, что получали такие письма из дома: «Что там, нет мужчин, что ли? Ты давай, ребенка заимей, и отправят домой». По беременности уезжали, но немного. У нас для них условия хорошие были. Они обычно в штабе работали писарями. Книжки оформляет, полетные листы и прочее.

- Что делали в свободное время?

- Его почти не было. За день так намотаешься, что еле до койки дойдешь. Поужинаешь и спать. Танцы были, когда плохая погода. С солдаточками, были военнонаемные в БАО. С этими пойдешь, потанцуешь. Кино смотрели. Каждый вечер крутили кинофильмы. Кто во что горазд.

- Что для вас война?

- Это самая настоящая опасная, тяжелая работа. Когда боеприпас подвешивали, то удовольствия мало. Это естественно.

- Домой письма писали во время войны?

- Мать и сестра были на оккупированной территории. Дом наш разобрали. Фактически я их нашел после войны.

- Поиск целей осуществляли на какой высоте?

- До 50 метров, не больше. С 50 метров перейти на 30 можно, а если выше подняться, то потом надо перестраивать зрение — трудно определить высоту над морем.

- Что считалось боевым вылетом?

- Когда идешь на задание. Даже если цель не нашел, все равно считалось боевым вылетом.

- Доводилось вам с торпедами садиться?

- Да. Раза два садился. Посадка с торпедой не представляла собой никакой опасности. Для того чтобы она взорвалась, должна в воде пройти метров 100. В носовой части, где 300 килограмм взрывчатки, крыльчатка есть. Когда она в воду вошла, за счет трения эта крыльчатка сворачивается. Как только она свернется, то приходит в боевое положение. А для того чтобы сбросить торпеду не в воде, а на суше, аварийно, то высота должна быть не менее тысячи метров. Когда ее на высоте 1000 метров сбросишь, чека выдернется, она падает, за счет воздуха крыльчатка сворачивается, потом ударяется об землю и взрывается. Ее можно использовать как бомбу.

- Ночных вылетов на торпедные атаки не было?

- Нет. Бывало, вылетали утром, еще темно, пока идем, уже рассвет в районе объекта. После войны мы тренировались, торпедометание в ночное время по лунной дорожке. И вот спускаешься на высоте 30 метров и идешь по лунной дорожке на корабль. На «Бостонах» были хорошие точные альтиметры.

- Локаторы применяли на «Бостонах»?

- Не было у нас. После войны 4 года ночью летали, а на пятый год меня списали из боевой авиации, годен только в легкомоторной и транспортной авиации.