— Это тоже входит в допрос?
— Нет. Просто интересно. Как там.
— Хотя бы ора Хемули не слышно. У Вас там свой учитель?
— По ремеслу у нас Репе. Этот дает нам делать все, что мы хотим.
— И какую ж работу ты там делаешь?
— Мне придется остаться тут? Или как?
— Ничего тебе не придется. Напишем бумаги и правим их в отдел социального обеспечения. А ты
пойдешь домой.
— да нет у меня никакого дома.
— Та-ак. Мать-то давно в Швеции?
— Она сказала летом, что приедет к рождеству и заберет туда Пяйви. Но она не может. Она написала, у нее еще даже комнаты своей нет.
— Написала! Ты же только что сказал, что не знаешь ее адреса.
— Да она за это время сменила три места и должна была снова переехать.
— И ты с сестренкой живешь у Леэны Мустонен. А для чего все-таки тебе понадобились эти обои?
— Хэ! Да они ведь ни для чего уже толком не годятся, они ведь обгорели.
— Рельефные матерчатые обои, как показал дворник. Очень красивые. Жаль, что огонь повредил их. Ты хотел наклеить их у себя в комнате, что ли?
— Да там уцелело всего-то примерно вот столько.
— Этого даже для одной стенки не хватило бы.
— Да этого бы хва… эх, ладно.
— Хватило? Для чего хватило бы?
— Можно, я пойду? Пяйви одна дома, Леэна ушла куда-то.
— Уйдешь сразу, как только выясним это дело. Итак, Для чего хватило бы такого куска обоев?
— Я делаю такой… рождественский подарок.
— Сестричке?
— Она видела такой в витрине одного магазина. Совсем легко и самому сделать.
— А эти кружевные платочки? Они тоже нужны были для этого подарка?
— Леэна обещала сшить.
— Что?
— Занавесочки на окна.
— Значит, этот подарок сестричке, это…