Хорошее время для убийства: читать начало книги онлайн

Она отвернулась от окна, выключила свет, проверила, заперты ли парадная дверь и дверь черного хода, и поднялась в спальню. Заснула она в большой двуспальной кровати почти сразу же.

Через дорогу, в окнах дома мисс Нидэм, тоже погас свет.

В муниципальном доме, где жили Бриссеты, мисс Бриссет проснулась и ткнула мужа в бок:

— Фред, не забудь подняться на чердак и достать украшения для мисс Митчелл!

Лора Данби лежала без сна; если к праздничному обеду будет гостья, может быть, имеет смысл купить индейку побольше?

Алан Маркби, в Бамфорде, ворочался с боку на бок в своей широченной двуспальной кровати. Интересно, думал он, что будет завтра? Сильно ли изменилась Мередит? Какой она покажется ему после разлуки? А может, ей покажется, будто изменился он? И о чем они станут говорить? Найдут ли общий язык? Да, еще ведь надо передать ей приглашение Лоры. Интересно, согласится ли она пойти к Данби… Он заснул, раздираемый беспокойными мыслями, которые смягчала радость, что он наконец увидит ее.

Глава 2

Бамфорд в канун Рождества оказался именно таким, как и предупреждала миссис Бриссет. Мередит посчитала за счастье, что ей удалось найти местечко на стоянке возле супермаркета: оттуда как раз уехал один из покупателей. Но, заглянув через окно в торговый зал, она совершенно упала духом. По магазину медленно двигались толпы с доверху нагруженными тележками. Кроме того, в зале было полно детей, надутых, усталых, вспотевших.

Мередит повернулась к супермаркету спиной. Туда она пойдет в последнюю очередь, когда сделает все остальные дела. Если повезет, может быть, позже толпа поредеет. Она направилась к продуктовому рынку. Но здесь оказалось почти столько же народу, сколько в супермаркете. В киосках продавались ветки остролиста и прочие рождественские украшения, которые пришлись бы по вкусу миссис Бриссет. С лотков торговали леденцами ядовитых «кислотных» расцветок — розовыми, желтыми. В картонных коробках громоздились горы елочных игрушек по сниженным ценам и подарочная бумага. Зато овощи и фрукты к празднику вздорожали. Мередит купила килограмм мандаринов с тонкой шкуркой и сдалась. Но на одних мандаринах и беконе долго не проживешь. Она медленно зашагала по Хай-стрит, задевая сумкой прохожих. Правда, ее тоже довольно часто толкали. Какая-то молодая женщина проехалась по ее ноге тележкой на колесах; когда Мередит повернулась к ней, та смерила ее грозным взглядом: мол, сама виновата, нечего стоять на дороге. Вся Хай-стрит была увешана гирляндами из разноцветных лампочек и уставлена тощими елками, которые оживут только в сумерки. Из динамиков над головой и из каждого магазина слышались металлические звуки рождественских гимнов; видимо, так публике ненавязчиво напоминали о том, что до Рождества осталось всего четыре дня и надо поторопиться с покупками.

Мередит остановилась у цветочного магазина и осмотрела витрину. Вполне возможно, Алан Маркби что-нибудь подарит ей на Рождество. А вдруг он привезет подарок уже сегодня, когда заедет за ней, чтобы повезти ужинать? Очень неловко получать подарок, зная, что тебе нечем отдариться. Лосьон после бритья или дезодорант — подарки довольно интимные. Может быть, комнатное растение? Алан страстный цветовод. Мередит толкнула дверь и вошла.

Внутри цветочный магазин напоминал неопрятную теплицу. В предвкушении бойкой рождественской торговли товару завезли много; горшки громоздились повсюду, даже на полу. В магазине было влажно и пахло гнилью, влажным торфяным компостом и подкормкой. Откуда-то сзади, из-за полок, вынырнула молодая женщина в розовом комбинезоне; вид у нее был изнуренный.

— Мне нужно комнатное растение, — объяснила Мередит. — Но такое, которое цветет на Рождество. Может, у вас найдется что-нибудь необычное, оригинальное? — Взгляд ее упал на горшки с пуансеттиями. Нет, пуансеттия — это слишком банально.

— Сколько рассчитываете потратить? — деловито поинтересовалась продавщица.

— Не знаю. Сколько они стоят?

Оказалось, что некоторые виды пуансеттий довольно дорогие. Как, впрочем, и другие цветы. В конце концов Мередит купила шлюмбергеру, которую называют еще декабристом или рождественским кактусом.

Она вышла на улицу, таща сумку с мандаринами и горшок, обернутый в подарочную бумагу. Неожиданно ее окликнули.

— Извините! — раздался решительный голос. — Можно вас на минуточку? — К ней навстречу шагал высокий, тощий молодой человек в старой, грязной шинели, джинсах и шерстяной шапке. Он был небрит, похоже, что и немыт; судя по выражению лица, ему не мешало бы досыта поесть. Тем не менее речь и интонации выдавали в нем человека образованного. — Подпишите, пожалуйста, петицию! — Молодой человек не просил, а скорее требовал.

Мередит заметила в его руках папку с зажимом, в который был вставлен лист бумаги.

— О чем ваша петиция? — подозрительно поинтересовалась она.

— Мы требуем запретить парфорсную охоту на муниципальных землях. — Молодой человек нетерпеливо протянул Мередит папку, видимо раздраженный тем, что она цепляется к мелочам.

Вокруг них бурлила толпа; Мередит неожиданно захотелось разобраться в сути вопроса.

— Какую охоту? — переспросила она.

— Парфорсную. Конную охоту с гончими собаками на лисиц, зайцев, оленей или другого зверя. Но местные охотники главным образом охотятся на лисиц.

— Не знала, что здесь есть охотники. — Какой-то прохожий задел Мередит плечом, и она чуть не выронила кактус. — Послушайте, — сказала она, — у меня заняты руки, и вообще я не в курсе дела…

— Бамфордское охотничье общество, — пояснил молодой человек с мрачным видом. — Подпишитесь здесь, и все! — Он ткнул в Мередит папкой. Довольно грязный лист бумаги, прикрепленный к папке зажимом, покрывали неразборчивые подписи; сбоку, на веревочке, болтался огрызок карандаша. — Если нам удастся запретить охоту на муниципальных землях, придется им самораспуститься! Они не правы… Люди не должны заниматься кровавым спортом. Убивать зверей безнравственно. Мы все должны объединиться против них! — По заросшей, неопрятной физиономии молодого человека было ясно, что лишние разъяснения он считает напрасной тратой времени. Пока он тут стоит, он мог бы собрать целую кучу подписей!

— Я ничего не знаю о Бамфордском охотничьем обществе, — твердо заявила Мередит. Некрасивый и назойливый парень казался ей все более противным, а его поведение — просто отталкивающим. Он, видимо, заранее решил, что все люди должны непременно с ним соглашаться, поэтому не считал нужным объяснять свою позицию и то, почему другие должны поступать именно так, как он хочет.

— Вот, прочтите листовку! — Он сунул ей в руку мятый листок. — Прочитайте и подпишите петицию. Каждая подпись нам поможет. Мы им покажем! Парфорсную охоту нужно запретить!

— Возможно, вы правы, а возможно, и нет, — резко ответила Мередит. — Вопрос о запрещении парфорсной охоты никогда меня раньше не занимал. Но я решительно отказываюсь подписывать что-либо не раздумывая. Поэтому, если не возражаете, я вашу петицию пока подписывать не стану. Но листовку прочту, — пообещала она, решив, что под Рождество нужно проявить добрую волю.

— Вам что, безразлична судьба несчастных животных? — гневно поинтересовался парень. — Или вы не согласны с тем, что охота — это варварство? Разве вы не считаете, что природу нужно охранять? Вы обязаны… Вы не имеете права! Все должны подписать! — Он не сводил с нее лихорадочно блестящих глаз. В его голосе послышались властные нотки. Он ужасно не нравился Мередит, и она решила ни за что не подписывать его петицию.

— Животных я люблю, но терпеть не могу, когда мне указывают, что делать, не дав времени принять самостоятельное решение! — Мередит бесцеремонно отодвинула парня с дороги и зашагала дальше.