— Кто такие? — с любопытством спросила Мередит, понизив голос. — Одного из них я сегодня уже видела. Мы даже поговорили.
— Правда? — удивился Маркби. — Которого именно? Где?
— Того, что в очках. Он стоял за мной в очереди в супермаркете.
— Его зовут Колин Динс. Второго, бородатого, я не знаю. Но готов поставить последний фунт, что он социальный работник. Динс занимается малолетними правонарушителями: пишет о них книги, читает лекции. — Маркби оживился. — Насчет своей работы у него пунктик. Уверен, что малолетних правонарушителей ни в коем случае нельзя сажать в тюрьму. В целом я не против, но нельзя же допускать, чтобы молодые разбойники безнаказанно терроризировали добропорядочных граждан! Насколько я понял, Динс считает, что молодые люди не способны отличить добро от зла. Тут я с ним не согласен. Вряд ли молодой хулиган не понимает, что грабить старушек плохо. Но ведь я всего лишь простой полицейский. По мнению же Динса, всякий антиобщественный поступок — это крик о помощи.
Старший инспектор, подумала Мередит, не то же самое, что простой полицейский. Какой Алан все-таки скромный! Впрочем, он в своих способностях не сомневается.
— Какое самоуничижение! — мягко поддразнила его она.
— Я государственный служащий, должностное лицо. Как и вы. Вам, как и мне, прекрасно известно, что иногда служба бывает очень трудна! — Маркби отпил большой глоток пива и поставил кружку на стол.
— М-м-м… да. Значит, у вас с мистером Динсом были стычки?
— Он снял старый дом в самой глуши, за Пакс-Коммон, на другой стороне выгона. Хотите — верьте, хотите — нет. Там он пишет свою последнюю книгу. Время от времени он наведывается в Бамфорд и заходит к нам в участок. Обожает отнимать у меня время, ищет копии различных документов. Он называет свои визиты «исследовательской работой». Разговаривать с ним невозможно. У него как будто шоры на глазах. С одной стороны, он, безусловно, человек чуткий, но почему же тогда он проявляет так мало сострадания к жертвам своих безбашенных подопечных? Пусть перевоспитывает молодых преступников на здоровье, я не против. Плохо другое. Динс и ему подобные не желают слышать ничьей точки зрения, кроме своей собственной. Что же касается моей особы, то он заведомо считает меня деспотом и консерватором. Сказать по правде, когда он со мной проводит профилактические беседы, я сам кажусь себе реакционером последнего разбора. Динс меня провоцирует. При нем я невольно отстаиваю взгляды, которые мне не слишком близки. И если даже наши с ним мнения по какому-то вопросу совпадают, мне бывает очень трудно в этом признаться.
Мередит улыбнулась про себя. Наконец-то перед ней прежний пылкий Алан Маркби! Таким она его запомнила. Ей трудно было промолчать, когда ее друг порицал Динса. Он ведь и сам достаточно авторитарен. Во время расследования вестерфилдских отравлений[1] он не раз выводил ее из себя безапелляционными суждениями. Хотя, наверное, она слишком вспыльчива. Мередит вспомнила молодого человека с петицией, остановившего ее утром на улице. Намерения у него были явно хорошие, но вот держался он вызывающе. А уж внешний вид и вовсе не говорил в его пользу. Словом, Мередит понимала, что, возможно, несправедливо отнеслась к бедняге. Ей стало жаль небритого парня в грязной шинели.
— Сегодня, — сказала она, — я встретила человека, который произвел на меня примерно такое же действие, как Динс на вас. — Она рассказала старшему инспектору о противнике охоты. — Он ведь не делал ничего плохого и даже наоборот. Он призывал поддержать благое, по его мнению, дело. Но держался настолько недружелюбно, что я разозлилась и решила нарочно не подписывать его бумагу.
— А, да, — вспомнил Маркби. — Скоро же состоится ежегодный сбор охотников! На второй день Рождества члены нашего охотничьего общества собираются на рыночной площади, как на парад. Затем они выпивают по паре рюмочек чего-нибудь горячительного и отправляются на охоту. Обычно полюбоваться на охотников приходят все местные жители. Возможно, в этом году кто-нибудь постарается испортить охотникам удовольствие. Например, посыплют перцем землю, чтобы сбить гончих со следа, или вообще сорвут охоту. Или устроят на рыночной площади демонстрацию протеста.
Маркби вспомнил о грядущих праздниках.
— Кстати, о Рождестве. Я ведь не случайно спросил, какие у вас планы. Дело в том, что Лора, моя сестра… Кстати, вы помните ее? Она совладелец адвокатской конторы на Хай-стрит. Так вот, она приглашает вас к себе на семейный рождественский ужин. Гарантирую, что никто не отравится, — поспешно добавил старший инспектор, — потому что праздничный ужин всегда готовит Пол, мой зять. Кухня — его стихия. Он ведет на местном телеканале кулинарную передачу и пишет книги по кулинарии.
— Очень мило со стороны Лоры, — неуверенно произнесла Мередит.
Маркби уловил сомнение в ее голосе.
— Вы вовсе не обязаны… я хочу сказать, решать вам. Конечно, она будет рада, если вы придете, и я тоже, ведь я тоже там буду. У нее дети…
— Да, кажется, припоминаю, вы рассказывали мне о своей сестре и ее детях. У нее ведь их трое, правильно?
— Четверо. За прошедшее время родилась еще одна девочка. Но малышка пока в основном только ест и спит. Мэтью, мой старший племянник, довольно умный мальчик, и Эмма, следующая по возрасту, тоже хорошая девочка. Сейчас она осваивает флейту-рекордер. Разучивает к Рождеству «Звените, колокольчики!». Вики занимается в основном тем, что все ломает. Она юная революционерка. В общем, дети славные, но, если вы любите мир и покой, они, пожалуй, покажутся вам довольно утомительными.
Вид у Алана был такой печальный, что Мередит не могла не улыбнуться:
— Я очень рада, спасибо за приглашение! Обязательно приду. Поблагодарите от моего имени Лору. Я сама тоже позвоню ей попозже.
— Ну, тогда хорошо, — с облегчением произнес Маркби. — Рад, что вы придете. — И поспешно добавил: — Кстати, когда в доме гости, Лора относится к детям построже. Я, понятное дело, не в счет.
— Ясно.
Официантка принесла мясо, и они отвлеклись на еду. В это время Динс и его собеседник встали из-за стола. Повернувшись к выходу, Динс заметил Маркби.
— А… здравствуйте, старший инспектор! — воскликнул он и остановился, поправив очки на переносице. Мередит тут же вспомнила этот его жест. Да и правду сказать, носик у Динса был такой маленький, что с него постоянно соскальзывали очки. — У полицейского выходной? — весело спросил он.
— Да, у нас, как и у других, тоже бывает свободное время! — сухо ответил Маркби.
— Надеюсь, вам здесь нравится. — Динс скользнул взглядом по Мередит, и на его лице появилось удивленное выражение. — До чего же тесен мир! Мы с вами сегодня уже виделись в Бамфорде, в супермаркете. Вы меня, наверное, не помните?
— Отчего же, помню. — Мередит улыбнулась.
— Рад, что вы выбрались оттуда целой и невредимой, миссис Маркби.
— О, нет-нет, что вы! — одновременно воскликнули Мередит и Маркби. — Вы ошиблись…
[1] Имеется в виду история, описанная в романе «Грязный яд». (Зловещая тайна Вестерфилда)